— Стив? Стивен? — очумело уставился на него я. — Охренеть. Вы из Мэна?

— Э-э-э-э… — будущий король ужаса смотрел на меня с опаской. — Да, да, Стивен, из штата Мэн.

— Меня Гера зовут. Герман Белозор, из Беларуси. Я не то чтобы ваш фанат, но дико уважаю ваше творчество и талант признаю целиком и полностью, а работоспособностью искренне восторгаюсь.

— Белозор? Работоспособностью? — Стивен потер виски. — Это ведь вы тот советский парень, который написал бестселлер за два месяца?

— О-о-о, вы можете мне поверить — вы напишете роман за десять дней. От него все сойдут с ума, — я присел рядом с ним. — Вас ждет великое писательское будущее. Только не покупайте себе тот дебильный стол и проводите больше времени с семьей.

— Ого! Это — предсказание грядущего? — его даже трясти меньше стало, а взгляд за очками так и засверкал.

Наверное, работало великое лекарство Плацебо. Ну как же: сожрал пачку секретных советских таблеток, они же совершенно точно помогают! Школьная медсестра так могла от чего угодно вылечить, даже от бубонной чумы, запросто.

В бунгало что-то загрохотало и откуда-то изнутри нашего обиталища на порог выбрался пан Анджей и на хорошем английском заявил:

— Товарищ Белозор вообще — личность легендарная. Говорят, он личный экстрасенс Машерова. Говорят, он уговорил Ахмад-шаха Масуда заключить мир с советским правительством, поймал с помощью своих сверхъестественных способностей дюжину маньяков-садистов и сотню коррумпированых партийных сановников. А еще — именно он виновен в массовых репрессиях, которые сейчас проходят в СССР.

— Ого, — сказал я. — Кто говорит?

— Все говорят, — глянул мне прямо в глаза поляк.

— Пусть говорят, пусть говорят, пусть говорят… — я отмахнулся, про себя поминая одного говорливого тёзку моего собеседника, из будущего.

Стивен переводил взгляд с меня на поляка и обратно, а потом протянул руку открытой лаоднью вверх:

— В конце концов, мистер Белозор… Камрад Белозор, почему бы и нет? Расскажите, что меня ждет?

— В конце концов, — сказал я. — Почему бы и нет, Стивен?

Если удастся вправить мозги и дать шанс этому почти гению соскочить с наркотиков на несколько лет раньше — это будет победа, а? Тем более, как показало время — качество его книг и употребление разных вредных веществ никак не связаны. А если он может писать круто и при этом не гробить свое здоровье — то я просто обязан попробовать! Вот бы он еще и о геополитике научился судить не только по новостям из NBC и FoxNews и бредням мейнстримных медийщиков… Было бы вообще замечательно.

— Давайте свою руку, будущий король ужаса, — я ухватил Стива за ладонь. — Про мировой бестселлер за десять дней я уже говорил, или еще нет?

* * *

Это было бы и вправду интересно, такой формат проведения летней практики для юных словесников. Лингвистов? Филологов? Журналистов? Я на самом деле так и не понял, на каком факультете или отделении учились высадившиеся на Исла де Мона ребята. В Университете Брауна с этим вообще было сложно: там имелось столько структурных подразделений, что черт ногу сломит. Даже целый факультет египтологии, каково?

Молодые, но уже матерые писатели из числа приглашенных гостей пробовали себя в роли шеф-редакторов: каждый из них набирал группу из нескольких человек (от трех до двадцати), и проводил что-то вроде мастер-класса.