– И как же ты провела ту ночь? – Рэй передернул плечами.

– Не очень весело, как ты понимаешь… Хорошо еще, что никакой бродяга не наведался… – Она помолчала, снова переживая то, что чувствовала тогда, много лет назад. – А потом, – снова заговорила она после паузы, – я встретила Фрэнка. Он был таким… В общем, я решила, что, наконец, нашла то, что искала.

– И ошиблась?

– О да! Он очень понравился Эмили. И она очень понравилась ему. А я, я вдруг куда-то подевалась… Он утратил ко мне всякий интерес. И Эмили, вместо того, чтобы использовать свое влияние на него и помочь мне, только подливала масла в огонь. Я думаю, она даже хотела, чтобы мы расстались.

– Я уверен, ты опять преувеличиваешь, – возразил Рэй.

– Все за нее заступаются! Даже ты!

– Я только пытаюсь быть справедливым. А ты что, хотела бы, чтобы я кивал и поддакивал, во всем с тобой соглашаясь?

– Нет, – улыбнулась Нора, – конечно, нет, милый.

– Ну, так что же? Ты говорила о своем муже.

– Я не могу сказать, что он плохой человек, – задумчиво проговорила она.

– А мне казалось: ты его ненавидишь…

– Просто он причинил мне слишком много боли. Может быть, не всегда даже понимая это. Я слишком сильно поверила в него, открыла душу… А ему оказалась не нужна ни моя душа, ни даже мое тело. Наверное, что-то во мне было не так. А может быть, я слишком сильно любила его. Так сильно, что моя любовь душила его, мешала ему жить. Во всяком случае, моя любовь была ему не нужна.

Рэй слушал, опустив голову. Он думал о Джуди. О Фрэнке. О Норе. Как все похоже! Твою роль где-то в другом месте исполняет другой мужчина, а женщины, вспоминая, произносят одни и те же слова. Наверное, и Джуди когда-нибудь будет говорить о нем вот так: спокойно, трезво, почти равнодушно анализируя причины разрыва.

– Сейчас он сам попал в такую же ситуацию. Страдает по какой-то девчонке, которая и мизинца его, должно быть, не стоит. Что ж, каждый рано или поздно вынужден испить эту чашу…

– Нора! – воскликнул Рэй. – Я не узнаю тебя…

– Что? – она повернула к нему голову.

– Куда подевалась та злоба, с какой ты раньше говорила о нем? Что случилось?

– Не знаю… Может быть, случилось то, что появился ты. А знаешь? – Она усмехнулась, переводя разговор на другую тему: – Потом, примерно через месяц я встретила того парня, мою первую любовь… И знаешь, что он сказал мне?

– Что же?

– «Куда ты пропала? Почему не звонишь?»

– Хочешь, я найду его и отправлю к праотцам? – смеясь, обнял ее Рэй.

– Зачем? У него трое детей, глупая покорная жена, лысина на полголовы…

– По-моему, тебе жаль его.

– Нет. Когда я в последний раз видела его, от него слишком несло алкогольными напитками. Я не могу жалеть человека, оскорбляющего мое обоняние.

Рэй рассмеялся.

Итак, судьба решила за него: он должен остаться с Норой. Но Рэй не любил слова «должен» и теперь его уже угнетала та легкость, с какой он отдал себя в руки случайного стечения обстоятельств, называемого судьбой. Иногда в его голове вновь возникала мысль о блаженной свободе, свободе от всех привязанностей, от всех уз… Но две новости, последовавшие этой зимой одна за другой, окончательно убедили его в том, что его участь решена.