«Милый сын! Как мне плохо без тебя, как ты будешь жить без меня, но мне пора, я должна уходить… Прощай, Радж…»

Лиля безжизненно откинулась на подушки, ее рука со стуком ударилась о край кровати, ей уже было все равно, она умерла. Теперь никогда больше не будет ни боли, ни страданий.

– Господин Гупта! – позвала сестра.

Врач, открывший окно, чтобы подышать свежим воздухом, прикрыл раму и подошел к Лиле. Взяв ее за руку, он сосредоточенно пощупал пульс и аккуратно положил руку поверх одеяла:

– Можете уносить, – буркнул он.

Рагунат со смятением смотрел на то, что минуту назад было раненой женщиной, косвенно он чувствовал себя виновным в этой смерти, но только косвенно. Он не знал, что на самом деле является убийцей, – ведь один раз он уже бросил ее умирать на улице, и теперь круг замкнулся.

Глава сорок четвертая

Радж кричал от боли, как раненый зверь, как раненый зверь, он бросался на прутья тюремной решетки, за которую его посадили люди.

– Мама! – звал он, захлебываясь в рыданиях, но кто мог ему ответить?

В лицо Раджу ухмылялась смерть, только что побывавшая у изголовья его бедной матери. Она пояснила юношу холодным дыханием, покрывая его волосы инеем.

Пришедший наутро тюремщик, раздавая лепешки своим подопечным, увидел, что убийца Радж почти совсем поседел.

– Что, – проскрипел надсмотрщик, – совесть замучила? Ничего, скоро с тобой за все рассчитаются.

Узник ничего не отвечал, он сидел на полу, обхватив голову руками и бормотал про себя.

– Убили тебя, ты умерла. Я знаю, он сделал это нарочно, чтобы скрыть свои преступления, я все равно отомщу ему, он от меня не спрячется…

Тюремщик некоторое время прислушивался, потом хмыкнул и сокрушенно покачал головой:

– Еще один спятил. Беда мне с вами, придется доложить начальнику тюрьмы.

Надсмотрщик повернулся, чтобы уйти, Радж подскочил к нему сзади, протянул руки сквозь решетку и схватил его.

– Ты что делаешь? – просипел испуганный надсмотрщик.

Он понимал, что убийце терять нечего и он может пойти на все ради побега.

Радж с силой ударил тюремщика несколько раз о железные прутья, тот стукался головой, засаленная фуражка упала на пол.

Юноша опустил потерявшего сознание тюремщика, быстро снял с его пояса ключи и отпер дверь.

– Я уже иду, – бормотал он, – слышишь, я убью тебя, готовься к смерти!

Раджу удалось выбраться из тюрьмы. Дождавшись вечера, он пробирался по неосвещенным улицам, по привычным с детства трущобам.

Любой полицейский мог арестовать его – лицо юноши было покрыто синяками и ранами, одежда измята и порвана, но в этом районе полиция не частый гость.

– Эй, Радж, куда спешишь, – вдруг раздался веселый голос из за каменной ограды.

Юноша вздрогнул и остановился. Сверху спрыгнул какой то парень, увлекая за собой целую осыпь камней.

– Ты Радж или не Радж? – спросил он, вглядываясь в молодого человека.

Радж узнал в нем старого знакомого, тот не входил в шайку Джагги, промышляя в одиночку по мелочам.

– Да, я Радж, – ответил он, – Послушай, у тебя есть нож?

– Конечно, – ответил парень, – кто же в нашем квартале ходит без ножа?

– Одолжи его мне.

Парень знал Раджа, испытывал к нему уважение и без лишних слов одолжил ему свой острый, как бритва, нож.

– Не завидую я тому, кто перешел тебе дорогу! – крикнул он на прощанье. – Ты все таки поосторожнее, а то попадешь в тюрьму.

Рагунат ходил по притихшему дому. Будто в тон его настроению, собиралась гроза. Гром ворчал где то далеко и лениво, набирая силы.

Судья был очень недоволен – Рита постоянно где то пропадала, приходила домой очень поздно, а когда Рагунат пытался поговорить с ней, все больше отмалчивалась.