Услышав имя Миреллы, Рокси вся напряглась.

- Разве твоя секретарша не ездила с тобой в Сидней? - невинным тоном спросила она, наблюдая за ним из-под ресниц и стараясь не выдать себя.

- А если ездила, ты будешь ревновать? - вскинув брови, спросил Кэм.

- Ревновать? Конечно, нет, - солгала Рокси. Почему.., я должна ревновать?

Как будто свет потух в глубоких черных глазах Кэма. Или в них будто захлопнулись ставни.

- Я говорил, что буду верен тебе, Рокси. - Он покачал головой. Неужели ты все еще не доверяешь мне?

- Твой брат предупреждал меня, что тебе нельзя доверять. - Она пожала плечами. - И у меня есть на то причины. - Она упрямо выставила подбородок, с горькой обидой вспоминая их встречу на свадьбе Серены, а через год - на крестинах Эммы.

- Тогда обстоятельства были другие. - Кэм пожал плечами, отметая любые возражения. - Ты жила своей жизнью, я своей. Сейчас наши линии сближаются... - Кэм посмотрел на малышку. Он чуть не добавил ради нашей племянницы, мелькнула догадка у Рокси. Но Кэм, не продолжая, обратился к Эмме:

- Привет, принцесса! Ты поцелуешь дядю Кэма?

Он наклонился, чтобы поцеловать испачканную крошками печенья щечку девочки. И Рокси всем существом ощутила тепло, которым повеяло от него, когда он губами коснулся щечки Эммы. Кэм любил племянницу. Так же сильно, как и она. И в конце концов, Эмма больше всех нуждалась в любви, так трагически отнятой у нее.

- Когда мы поженимся, Рокси, - проговорил Кэм, выпрямляясь, - я хочу, чтобы мы были для нее мамой и папой, а не тетей и дядей. Мы должны быть настоящими родителями, настоящей семьей...

Но есть еще полторы недели, напомнил он. У нее еще есть время отступить.

- Я очень хочу стать мамой для Эммы, - без колебаний подтвердила Рокси свое согласие Ей хотелось добавить: я не могу дождаться дня, когда стану твоей женой. Но она не могла заставить себя выговорить эти слова. Она все еще сомневалась в нем.

У него тоже еще было время отступить.

Но ее ответ ему понравился. Кэм улыбнулся, прищурился, и у нее, как всегда, замерло сердце.

- Я останусь дома на весь день, - объявил он. Надо почистить бассейн и привести в порядок сад. - Губы его насмешливо скривились. - Я хочу показать друзьям, что способен заботиться не только о ребенке, но и о доме.

Другими словами, безупречный отец и семьянин. Рокси отметила, что он, похоже, намеренно не упомянул о ней.

С пятничной почтой пришло авиаписьмо, адресованное Рокси. С тех пор как она осталась в доме Кэма, сюда приходили все ее письма. Обратный адрес на конверте гласил: Гарвардский университет.

Рокси удивилась. В Гарварде она знала только одного человека.., профессора Арнольда Бергмана, выдающегося археолога. Раза два она работала с ним на раскопках в Мексике и в Перу. Но в эти экспедиции она ездила от университета Сиднея. Профессор Бергман никогда прежде лично не писал ей.

Почему он вспомнил о ней? Безвестном австралийском археологе?.. Бывшем археологе. Рокси вскрыла конверт и достала написанное от руки письмо. Это было приглашение присоединиться к экспедиции Бергмана, которая выезжала на раскопки в Северное Перу. Туда, где были обнаружены золотые предметы, сделанные с исключительным мастерством, и где раньше раскопки не велись. Профессор не скрывал, что находки сулят самые волнующие перспективы.

Она прислушалась к себе. Ни волнения, ни соблазна, ни сомнений. Она не чувствовала ничего.

Если бы приглашение пришло год назад, оно заставило бы ее прыгать до потолка от восторга. Теперь же ее ждут другие, не менее волнующие открытия.

Рокси посмотрела на малышку Эмму, игравшую на полу у ее ног. Да... Сейчас для нее главное - вот эта безмятежная улыбка девочки... Ручки племянницы, доверчиво протянутые к тетке.