— Обратите внимание, — продолжал мой собеседник, — как стремительно мчится вода. Такого большого уклона русла нет ни на одной из уральских рек. Сам водопад — это только часть огромного водоската.

— А вы не подумали, — неожиданно спросил Камал-абзы, — как все это могло произойти?

Я не первый раз был в окрестностях Куркараука. Многое было известно и из литературы, но мне хотелось послушать, что скажет местный житель.

Суть запомнилась хорошо.

— Так вот, — несколько торжественно говорил Камал-абзы, — по-разному называют этот водопад: и Куркараук и Куккараук. Только произносите мягче: не Кур, а Курь, не Кук, а Кукь…

«Кук» — синий, «кара» — черный, «ук» — стрела; «кур» — значит, смотри, вглядывайся, смотри, как черная стрела взвилась в синее небо. Смотри скорее — увидишь это!..

Вот и рассказывают в народе, что много-много лет тому назад, когда люди еще не знали грамоты и не жили оседло, прилетела в Башкирию Кара-ук — черная стрела. Никто не знал, откуда она появилась. Стрела была гигантской, больше самых высоких сосен. Много лет здесь жили те, кто прилетел в этой черной стреле. Они были высокими, стройными, непохожими на нас. И одеты они были в странные костюмы. Видите эту фигуру над водопадом? Эту скульптуру они оставили на память о себе. Ездили эти существа не на конях, а летали по воздуху. Куда летали? Что они делали здесь? Кем они были? Никто не знает, очень уж давно это было.

Работали они и здесь. На огромных машинах привозили сюда вот эти камни и скрепляли друг с другом, готовили площадку для взлета. На нее-то они и поставили свою Кара-ук…

Кубово-синим было небо в день их исчезновения. Страшный грохот сопровождал взлет черной стрелы. Бетонная площадка задрожала и вдавилась глубоко внутрь земли. На месте взлета она дала трещину. По ней и сейчас мчится река. Прогнувшаяся земля стала потом подниматься, принимать свой первоначальный вид. А река пропиливала поднимающийся бетон, вскрывая и обнажая то, что оставили пришельцы…

Резкий звук автомобильного гудка прервал рассказчика. Это шофер созывал пассажиров, чтобы ехать дальше.

Больше не встречал Камал-абзы. Тогда, в дороге, так и не сказал ему о мнении науки относительно этого района Горной Башкирии. Не решился посягнуть на поэтическую легенду, в которой так сильно сказалась мечта о космических полетах, о встрече с нашими собратьями с других планет, из других миров. Все объяснялось проще, хотя, может быть, и менее поэтично.

Есть такая наука — палеогеография. Она родилась на стыке геологии с географией и рассказывает о физико-географических условиях давно минувших эпох. Один из основоположников этой науки, академик Карпинский, восстановил в своих трудах историю развития Европейской России и Урала. Основываясь на неопровержимых данных, он в мастерском очерке минувшего показал, как неоднократно вся Русская равнина покрывалась морем и как снова торжествовала земля. Он разработал методы реконструкции облика Земли, казалось бы, стертого. Чтобы понять прошлое, учил Карпинский, надо уметь видеть настоящее.

С грохотом бьются морские волны о берег. День за днем они перекатывают и шлифуют обломки скал, округлые гальки — эти каменные документы работы моря. Если встретишь такие гальки в древних слоях — знай, здесь в далеком прошлом морские волны разрушали берег.

Много таких признаков работы разнообразных геологических процессов учитывают палеогеографы.

Советский ученый Г. Ф. Лунгерсгаузен побывал у Куркараукского водопада.

Горные породы рассказывали опытному исследователю, что камни, сформировавшиеся в окрестностях водопада, ничего общего не имеют с бетоном.