Мы женились по любви… Знаете, это редко случается в мире, где браки заключаются из корыстных или клановых интересов. Трудно найти любовь и потому так больно ее потерять.

— Я понимаю вас, — сказал Сано в надежде сократить унылый рассказ. Его собственное счастье висело на волоске, ему не хотелось слушать об утраченной любви. Если предстоит потерять Аои… Ради расследования он дал госпоже Симидзу продолжить речь.

— Летом мы на прогулочной лодке наблюдали за фейерверками. Это большая лодка с уютной каютой… Мы пили вино и наслаждались обществом друг друга. — Госпожа Симидзу утерла лицо рукавом кимоно. — Все миновало. Лодка уже десять лет стоит на приколе. Я решила уйти в монахини, потому что больше нет сил жить без любимого…

С облегчением Сано перевел рассказ на события той ночи, когда был убит монах:

— Значит, вы отправились в храм и попросили убежища. Что там произошло?

— Я взяла лучшую одежду, чтобы оплатить стол и постель… Наняла паланкин… И на закате добралась до храма. — Госпожа Симидзу плюхнулась на скамью и погрузила пальцы в мох. — Сёсакан-сама… если я расскажу, что видела, пообещаете никому больше не рассказывать? — Она подняла на него полные мольбы глаза. — Пожалуйста… прежде чем возражать, позвольте мне объяснить, почему я прячусь. Почему не хочу никого видеть, почему наняла ренинов для охраны. — Она нервно осмотрела сад, словно каждый момент ожидала нападения. — Покинув храм, я поехала в Нихонбаси. На следующее утро ко мне заявились три самурая. Они не представились, не сообщили, зачем я им нужна, поэтому слуги сказали, что меня нет дома. Они ушли, но несколько часов спустя вернулись… Не представляю, кто они, но догадываюсь, зачем приходили. Их подослал охотник за бундори. Наверное, он узнал меня в храме или каким-то образом выяснил, кто я такая. Сёсакан-сама, он ищет меня, он хочет меня убить, потому что думает, будто я могу его узнать. Теперь понимаете, почему вы не должны никому рассказывать о нашей беседе?

Сано присел рядом с ней, размышляя, действительно ли странные посетители были убийцами, нанятыми для устранения опасного свидетеля. Если да, то кто из подозреваемых подослал их? Мацуи? Он вращается в тех же кругах, что и госпожа Симидзу. Он мог узнать ее, потому что встречал прежде. Или Янагисава? Шпионская сеть канцлера, несомненно, простирается и на храм Дзодзё. Кроме того, канцлер имеет доступ к досье бакуфу на известных горожан. Впрочем, не выдумывает ли госпожа Симидзу? Нужно будет порасспросить ее слуг и попытаться выйти на тех самураев. Но в одном Сано был уверен: чтобы уличить охотника за бундори, сохранить в тайне показания госпожи Симидзу не удастся.

— Если вы составите письменное заявление, вам не придется выступать в суде, — предложил Сано, подозревая, что у свидетельницы есть дополнительная причина избегать огласки.

Подумав, госпожа Симидзу сказала:

— Хорошо… Я напишу… — Вздыхая, она возобновила рассказ: — Настоятель в храме принял мои кимоно и предоставил мне комнату в гостинице… Но я не могла уснуть. Я ужасно тосковала по мужу и думала, как он себя почувствует, когда обнаружит, что я ушла. Обрадуется или, наоборот, опечалится? Не может ли случиться так, что он опять меня полюбит? В конце концов мысль о том, что я больше никогда его не увижу, стала невыносимой… Примерно в полночь я выскользнула из гостиницы.