Отец! Его голос прозвучал на фоне шума, кто-то вопил и кричал. Джимми стиснул микрофон ладонями.

— Папа! Пожалуйста, вернись!

— Джеймс, помолчи. Митч, мне надо, чтобы ты… — несколько слов заглушил шум, — …и остановил движение на лестнице. Здесь, наверху, люди уже давят друг друга.

— Понял.

Это отец разговаривает с помощником шерифа. И помощник ведет себя так, как будто отец здесь главный.

— У нас тут прорыв наверху, — продолжил отец, — поэтому не знаю, сколько у тебя времени, но тебе, наверное, придется поработать шерифом, пока все не кончится.

— Понял, — повторил Митч.

Джимми показалось, что его голос дрогнул.

— Сынок… — Отец уже кричал, чтобы Джимми расслышал его сквозь вопли и шум. — Я найду и приведу маму, понял? Просто оставайся там, Джеймс. Никуда не уходи.

Джимми повернулся к монитору.

— Хорошо.

Он дрожащими руками повесил микрофон на крючок и взял коробочку пульта. Он ощущал себя беспомощным и одиноким. Ему бы сейчас быть рядом с отцом, помогать ему… Сколько еще придется ждать, пока вернутся родители, пока он сможет опять встретиться с друзьями? Оставалось лишь надеяться, что недолго.

66

Проходили часы, и Джимми все больше хотелось оказаться где угодно, но только не в этой тесной каморке. Он прокрался по темному коридору к лестнице, посмотрел вверх на решетку, прислушался. Время от времени раздавалось и смолкало негромкое жужжание, источник которого он не мог определить. На другом конце коридора еле слышно шипело радио. Он боялся отходить от него слишком далеко, но его тревожило, что помощь может понадобиться отцу и возле двери. Ему хотелось находиться в двух местах одновременно.

Он вернулся в комнату со столами. Посмотрел на прислоненную к стене винтовку — такую же, из какой отец убил Яни. Джимми боялся к ней прикоснуться. Лучше бы отец ее не оставлял. Только Джимми виноват в том, что их с матерью разделили. Он должны были спуститься вместе. Но потом он вспомнил давку на лестнице. Если бы он спускался быстрее, то они бы не застряли в толпе. И тут ему пришло в голову, что мать вообще оказалась на лестнице только из-за него. Иначе родители уже сидели бы в этой комнате в полной безопасности.

— Джеймс…

Джимми обернулся на голос отца и лишь через секунду осознал, что радио перестало шипеть.

— …сынок, ты там?

Он бросился к радио, схватил микрофон. Казалось, прошли часы с тех пор, как он слышал хоть чей-то голос. Как давно это было. Когда он нажал кнопку, глаз уловил движение. На экране монитора кто-то шевелился.

— Папа?

Он вытянул шнур микрофона через комнатку и всмотрелся в экран. Отец стоял перед стальной дверью. Ближе к камере все так же лежал неподвижный труп Яни. Второе тело исчезло. Отец стоял спиной к камере с переносной рацией в руке.

— Я иду! — крикнул Джимми в микрофон, бросил его и помчался по коридору к лестнице.

— Сынок! Нет…

Крик отца оборвался, сменившись стоном. Джимми резко развернулся, ухватившись за стол, чтобы не упасть. На экране из-за угла появился другой человек, а отец согнулся пополам от боли. Второй человек держал длинный пистолет. Подойдя к отцу, он что-то поднял и поднес ко рту. Это была переносная рация, которую отец взял перед уходом.

— Это парень Расса?

Джимми не сводил глаз с человека на экране.

— Да, — ответил он экрану. — Не трогайте моего отца.

Комнату наполняло шипение статики. Красные лампы на потолке продолжали мигать.

Джимми выругался. Они же его не слышат. Отойдя от стола, он схватил болтающийся микрофон.