Он направил собаку в дом.

— У тебя все хорошо? — спросила Элен.

Дональд прошел на кухню. Положил книгу на столик и поискал в буфете стакан. Элен с тревогой смотрела, как он достает из буфета бутылку бренди.

— Дорогой, что случилось?

— Может, и ничего. Померещилось… — Он налил на три пальца бренди, взглянул на Элен и приподнял бутылку, предлагая налить и ей. Она покачала головой. — Но все-таки, — продолжил он, — может, что-то в этом есть.

Он сделал большой глоток. Пальцы другой руки так и остались на горлышке бутылки.

— Дорогой, ты как-то странно себя ведешь. Присядь. Сними пиджак.

Он кивнул и помог ей снять с него пиджак. Стянул галстук, увидел тревогу на ее лице, зная, что это отражение его тревоги.

— А как бы ты себя повела, если бы подумала, что всему может прийти конец? Что бы ты сделала?

— С чем? Ты про нас? А, ты о жизни. Дорогой, кто-то скончался? Расскажи, что случилось?

— Нет, не кто-то. Все. Всё на свете.

Он сунул бутылку под мышку, прихватил стакан и книгу, прошел в гостиную. Элен и Карма последовали за ним. Карма, опередив его, сразу разлеглась на кушетке. Ей было все равно, о чем он говорит, — собаку переполнял восторг из-за того, что вся стая наконец-то собралась.

— Похоже, у тебя был очень долгий день, — сказала Элен, подсказывая ему оправдание.

Дональд сел на кушетку, разместил стакан и книгу на кофейном столике. Стакан он отодвинул подальше от любопытного носа Кармы.

— Я должен тебе кое-что рассказать, — произнес он.

Элен вышла на середину комнаты, скрестив на груди руки.

— Ну, хоть какая-то перемена к лучшему, — отозвалась она и улыбнулась, давая понять, что шутит.

Дональд кивнул.

— Знаю, знаю. — Его взгляд упал на книгу. — Речь не о проекте. И ответь честно, неужели ты думаешь, что мне нравится что-то утаивать от тебя?

Элен подошла к креслу возле кушетки и села.

— Так в чем дело?

— Мне сказали, что тебе можно сообщить о… повышении. Точнее, о задании, а не о повышении. Хотя даже не о задании, а скорее, о зачислении в Национальную гвардию. На всякий случай…

Элен сжала его колено.

— Успокойся, — прошептала она, нахмурившись. В ее глазах затаились смятение и тревога.

Дональд глубоко вдохнул. Он все еще был на взводе из-за воспоминаний о том разговоре и слишком быстрой езды. В течение нескольких недель после встречи с Турманом он слишком много читал ту книгу и собирал информацию по теме их разговора. И теперь не мог понять, складывается у него некая картина или же распадается.

— Насколько внимательно ты следишь за тем, что происходит в Иране? — спросил он, почесывая руку. — И в Корее?

— Видела новости в Сети, — пожала плечами Элен.

— Понятно. — Он сделал обжигающий глоток бренди, причмокнул и попытался расслабиться и насладиться оцепенением, волной прокатившимся по телу. — Они работают над тем, как свести со всеми счеты.

— Кто? Мы? Мы думаем о том, как свести с ними счеты?

— Нет-нет…

— Ты уверен, что мне можно о таком слышать?

— Нет, милая, они разрабатывают оружие, чтобы свести счеты с нами. Оружие, которое невозможно остановить и от которого невозможно защититься.

Элен подалась вперед, сцепив руки и упершись локтями в колени.

— Ты про это узнал в Вашингтоне? Секретная информация?

— Да нет, это открытые сведения, — отмахнулся он.