Изменить размер шрифта - +

Тот самый изящный револьвер Адамса, который любовно демонстрировал Старбаку Вашингтон Фальконер в своём кабинете в «Семи вёснах». Натаниэль отошёл в сторонку, отдышался и оттёр засохшую кровь с пистолета сначала о траву, потом о сравнительно чистый участок рукава. Сунул в пустую кобуру. Из подсумков на ремне убитого пересыпал к себе капсюли и патроны. Оказавшуюся там же дюжину долларовых монет положил в нагрудный карман.

Но Натаниэль пришёл не грабить труп врага, а вернуть законному владельцу его сокровище. Старбак обтёр о траву пальцы, набрал в лёгкие побольше воздуха и опять нырнул в липкие дебри мундира убитого. В одном из карманов он отыскал кожаный футляр с рисунком внутри, залитым кровью до полной неразличимости изображения. В другом Натаниэль нашёл три серебряных доллара и задубевший от крови небольшой кисет. Старбак раскрыл мешочек, перевернул и потряс над ладонью.

Выпало кольцо, тускло блеснув в гаснущем свете закатившегося солнца. Оно. Серебряное французское колечко матери Салли. Спрятав кольцо, Натаниэль отступил назад, хапнув воздуха и удостоил Ридли эпитафии:

— Ты — сукин сын. Жил, как сукин сын, и подох, как сукин сын.

Повернулся и пошёл вниз. Дым бивуачных костров тянулся через долину.

Когда Натаниэль поднялся на холм Генри, почти стемнело. Офицеры уговаривали бойцов расположиться на ночлег подальше от пропахшего кровью и порохом гребня, но люди слишком вымотались, развели костры, где пришлось и, рассевшись вокруг них, ели бекон с сухарями. Кто-то играл на скрипке, пронзительные звуки далеко разносились в тишине. Звёзды бледно обозначились на чистом небе. Полк из Джорджии хором благодарил Господа за дарованную победу.

Около часа Старбак слонялся среди костров, пока отыскал Легион. Опознал своих лишь по характерному профилю Бёрда на фоне огня, пылающего в середине сложенных жердин изгороди, расходящихся от пламени, будто лучи. Сидящие по мере прогорания пододвигали деревяшки вперёд. У костра собрались офицеры Легиона. Вышедшего из мрака Старбака Мерфи приветствовал дружелюбным кивком, а Бёрд — ухмылкой:

— Вы живы, Старбак?

— Как будто да, майор.

Бёрд подкурил сигарку, кинул юноше. Тот поймал, жадно затянулся, кивнул с благодарностью.

— Кровь ваша? — спросил Мерфи, разглядывая форму Натаниэля.

— Нет.

— Какой захватывающий, драматичный, а, главное, исчерпывающий рассказ. — восхитился Бёрд, — Эй, полковник!

Полковник Фальконер в натянутой поверх бинтов сорочке и накинутом на плечи мундире сидел на бочонке у входа в палатку. Когда до полковника только начал доходить весь ужас потери багажа, одна из партий водоносов возвратилась с чернокожим слугой Фальконера. Нельсон спас от янки столько вещей хозяина, сколько смог унести на себе, в том числе, палатку. Остальным поживились сначала северяне, потом — отбросившие янки с гребня южане. В палатке сейчас отлёживался Адам.

— Полковник! — вновь позвал Бёрд.

Выведенный окриком из задумчивости, Фальконер поднял на майора рассеянный взгляд.

— Отличные новости, полковник! — насмешливо оскалился Бёрд, — Старбак жив!

— Нат! — Адам потянулся к вырезанному из сука костылю.

— Лежи! — приказал ему отец, направляясь к костру.

Капитан-штабист подъехал с дальнего конца. Он вёз приглашение полковнику Фальконеру, но, почувствовав повисшее у костра напряжение, решил дождаться развязки.

При виде покрытого коркой засохшей крови Старбака полковник вздрогнул. Выглядел Натаниэль, как пришелец с того света. Оживший кошмар выпустил струйку дыма и улыбнулся:

— Добрый вечер, полковник.

Фальконер безмолвствовал. Бёрд раскурил себе сигару и, разогнав перед лицом дым, повернулся к Натаниэлю:

— Полковник интересуется, какой смертью умер Итен Ридли, Старбак?

— Картечью разнесло, полковник.

Быстрый переход