— Вы правильно поступили. Вы молодец, Эльба.

— Молодец?

— Конечно. Вы спасли мне жизнь.

— Но я опять убила человека.

— Опять?

Девушка испуганно покачала головой и отмахнулась:

— Неважно.

— Не нужно было убегать от меня… процедил Ксеон, потерев покрасневшую шею пальцами. Я бы вывел нас отсюда, и тогда ничего бы не случилось.

— Но как мы могли уйти? Недоуменно спросила девушка. Если бы я не подоспела вовремя, Милену де Труа снесло бы потоком, ее бы попросту затоптали.

— А лучше бы затоптали вас?

— Я могу о себе позаботиться.

— В том — то и дело, Эльба, отрезал юноша, ступив вперед, не можете. Вам нельзя подвергать свою жизнь опасности. Вы ведь понимаете это?

— Хотите сказать, что я намеренно оказалась сегодня здесь? Может быть, я еще этих убийц сама подослала, чтобы проверить ваши практические навыки?

— Я не это имел в виду.

— А что тогда?

— Есть разница между вами и Миленой де Труа. Теперь уже есть.

— Моя жизнь ничего не стоит, если я убегаю, когда моим людям нужна помощь.

— Поразительно, Ксеон негодующе сгорбился и поставил на пояс руки. Кажется, у Эльбы с Аргоном было много общего. Они совершенно не располагали умениями думать логически и выбирать меньшее из двух зол.

Девушка воинственно расправила плечи:

— То есть?

— Не нужно геройствовать, Эльба. Это не ваша… обязанность.

— А что входит в мои обязанности? Видимо, вы об этом осведомлены.

— Да. Я знаю, что вы должны были делать. Вы должны были послушать меня, и этот ужас в ваших глазах не пылал бы так ярко, вы бы не убили человека.

— Я хотела помочь.

— Вы не воин и не страж. Вы не простолюдинка и не целительница. Вы королева Станхенга! И если вы умрете, с вами умрут надежды этих людей на возрождение мира!

Ксеон так испепеляюще глядел на девушку, что она оскорблено свела брови. Она не была воином или стражем, но она была дочерью своего отца, который защищал народ при каждой опасности, который жертвовал собой ради других. Но Ксеон злился, он смотрел на девушку и рассерженно стискивал зубы, прекрасно понимая, что сегодня он мог умереть.

Но она не понимала. Она не понимала, что ринулась спасать Милену де Труа, но все равно могла потерять кого-то другого. Потери неизбежны. Люди должны выбирать!

— Этот взгляд, прошептала Эльба, шагнув к Ксеону, я его знаю.

— Правда?

— Да. Вы очень похожи на моего брата.

Юноша отвернулся. Он растерянно сжал в кулаки пальцы и бросил:

— Значит, ваш брат был умным человеком.

А потом посмотрел на королеву пронзительным взглядом и ушел, чувствуя где-то в глубине души, что однажды его преданность королеве обернется для него погибелью.

АРГОН

Пустыня Халассана казалась бескрайней. От горизонта до горизонта простирался синий, ультрамариновый ковер, а по нему путешествовал ветер, поднимая золотистые вихри. Песок проваливался под ногами, когда Аргон забирался на холм, чтобы оценить с высоты пустынный город. Его зрение уловило едва различимые во мраке улочки и дома, распахнутые ставни. Если в Фере кто-либо и прятался, делал он это тихо и незаметно. По стечению времени, едва Вольфман догнал молчаливого сильфа, Аргон, крадучись, сошел с холма и тенью проскользил вдоль пустых переулков. Он держал пальцы на рукояти меча, а его изумрудные глаза были широко раскрыты и высматривали в темноте врагов. Король следовал за ним точно в ногу. Иногда юноша спотыкался, потому что Вольфман наступал ему на пятки, но когда он оборачивался, короля уже не было рядом, и он плелся позади.

Аргон не был дураком. Он знал, что юный король что-то задумал, но что именно? Не счесть вариантов.