Игорь Алмазов, Виктор Молотов. Бывает и хуже? Том 9
Глава 1
С этой старушкой явно было что-то не так. Моя прана никак не могла определить, что именно. Я сосредоточился и направил её повторно. Так, никакой порчи нет. На Варю ничего не проецируется, энергия крутится вокруг самой старухи. Это не порча… Так а что это? Похоже, бабка действительно провела какой-то ритуал с травами. И вероятно, она действительно пыталась наслать порчу на Варю. Вот только в итоге она только себя отравила и вот-вот это почувствует. Не успел я про это подумать, как старуха охнула и схватилась за грудь. Глаза у неё закатились, она принялась оседать на пол. Я успел подхватить её за плечи, не давая упасть. — Что с вами? — испуганно спросила Варя. — Кажется, она выпила отвар из каких-то трав, пытаясь наслать на тебя эту самую «порчу», — пояснил я. — И вызвала сильнейшее отравление. Такое мудрёное, что я со своей праной не сразу его и распознал. Выглядело это совсем не так, как привычные мне заболевания. Варя тут же забыла про только что состоявшийся разговор, отложила свои обиды и страхи и деловито опустилась на корточки рядом со старухой. — Что вы пили? — быстро спросила она. — Какие травы? Как ритуал проводили? Говорите быстро, это важно. Старуха хватала ртом воздух. Лицо её посерело, на лбу выступила испарина. — Аконит… — прохрипела она. — Аконит с беленой смешала… заговор начитала… и сама выпила. Чтоб порчу-то на девку перебросить… а оно… а оно внутри застряло… Аконит. Один из сильнейших растительных ядов, которые только существуют в этом мире. Даже малая доза способна остановить сердце. А она ещё и белену туда добавила, для верности. Чудо, что бабка вообще до сих пор дышала. Времени на размышления не было. Я тут же принялся вливать в неё прану. Теперь, когда мне известно, что именно произошло, работать праной будет легче. Я нейтрализовывал отравление постепенно, не давая ему распространиться по организму. Нельзя дать добраться яду до сердца. Алкалоиды аконита бьют именно по сердечному ритму и медлить здесь нельзя. Теперь мне понятно, почему прана показала такой странный тёмный сгусток. Это просто банальное отравление, а никакая не порча, направленная на другого. Я вливал прану ещё и ещё, спасая жизнь той, которая пыталась сглазить Варю. Варя тем временем уже рылась в собственной сумке. Выудила оттуда термос и какой-то мешочек. — Вот, пейте, — она открутила крышку и поднесла к губам старухи. — Это отвар расторопши. Поможет печени токсины вывести. Аконит по печени крепко бьёт, её сейчас поддержать надо. Старуха послушно сделала несколько глотков. Через минут десять совокупность наших с Варей усилий дала свои результаты. Старуха глубоко вздохнула, а взгляд её прояснился. Она ошарашенно смотрела то на меня, то на Варю. — Отпустило, — проговорила она. — Совсем отпустило. А я ведь думала: всё, помираю… Она помолчала, собираясь с силами. А потом вдруг сгорбилась, как будто стала ещё меньше. — Простите меня, — тихо сказала она. — Не хотела я по-настоящему того. Думала, припугну только девку, и всё. Заговор так, для острастки. А оно вон как обернулось. Чуть на тот свет сама не отправилась. — Это не игрушки, — серьёзно сказал я. — Вы выпили серьёзный яд и могли в один миг себя убить. Хорошо, что мы вовремя оказались рядом. В другой раз могло так не повезти. — И порчу насылать это не самый лучший поступок, — добавила Варя. — Что я вам сделала-то? — Узнала я, что лекции ты читаешь, про травы учение распространяешь, и зависть на старости лет взяла, — призналась та. |
