Пол оставался холоден, как и стены. Неприятно, но терпимо. Постоянная ходьба согревала, хоть и отнимала силы. И судя по тому, как через десяток тысяч шагов старик начал поглаживать бок — силы она отнимала не только у меня. Одна беда, даже когда нам встречались на дороге комнаты, ничего не менялось.

— Может мы ходим по кругу? — спросил Змей, когда передний отряд добрался до очередной комнаты. Спросил тихо, но в гулком коридоре этот вопрос мгновенно докатился даже до нас, отстающих на двадцать шагов. Как и ответ.

— Каждые пять тысяч вдохов я делаю пометки на стенах, — сказал мастер Гратон. — Пока они ни разу не появлялись. Мы идём в верном направлении.

— А как узнать, какое тут направление верное? — спросил Ангрел.

— В кишке дракона любое направление верное, — сухо ответил мастер. — Ты придешь либо к пасти, либо к заднице. В любом случае, это будет выход. Главное — дойти живым. Ясно?

— Да, господин Гратон, — склонился бандит.

— Я тебе не господин, а ты мне не слуга, — сухо бросил мужчина. — Дальше.

— Слушаюсь, мастер Гратон, — снова склонился Ангрел, и дернул за собой девчонку, которая, судя по виду, идти сама уже не могла или делала вид, что не могла, перекладывая часть усилий на бандита.

— Почему он не захотел, чтобы его называли господином? — спросил я у старика.

— Ты и в самом деле как новорождённое дитя, — усмехнулся Мицуо. — Господином может называть только слуга. То, что я разрешил себя так называть, значит, что я беру тебя под свою опеку. Берусь защищать, пока ты мне служишь. А мастеру Гратону такие слуги не нужны. Это лишняя головная боль.

— Благодарю, господин Мицуо, — проговорил я, быстро прикинув, что пока я не разобрался в ситуации, это не плохо. Нужно приспособиться, выжить, понять, что происходит, а после можно уже что-то предпринимать.

Через ещё десять тысяч шагов, которые дались ничуть не легче, чем первые, желудок протестующе заурчал. Во рту с самого пробуждения не было ни капли воды и ни крошки хлеба. Как и у остальных. А времени прошло… не знаю сколько. Невозможно ориентироваться по солнцу, когда его не видно.

Голый коридор с редко встречающимися комнатами всё длился и длился, не собираясь заканчиваться, и в какой-то момент я почувствовал, что старик начинает идти медленней. Не на много, но он всё чаще хватался за бок, начал прихрамывать и морщиться. И это несмотря на великолепную для его возраста подтянутую фигуру.

— Привал, — услышал я голос мастера впереди, и с удивлением услышал с каким облегчением выдохнул Мицуо. Впрочем, когда мы подошли к остальному отряду, стало понятно, что тяжело не только ему. Несмотря на то, что все держали лицо, и не показывали усталость, она просачивалась с дыханием, нервными позами…

— Пора подкрепиться, — проговорил мастер, и в голове возник невольный вопрос «Чем?». Гратон был столь же гол, как и все мы, так что еду явно под набедренной повязкой не прятал. А вокруг голые стены.

Обернувшись в поисках съестного, я не успел заметить молниеносное движение мастера, который схватил меня за руку. Я инстинктивно дернулся, но понял, что не могу сдвинуться даже на миллиметр, кисть словно зажало тисками.

— Не шевелись, или умрешь первым, — сказал старик, но вместо того, чтобы угрожать моему противнику, схватил меня за шею сзади. — Приступайте, мастер.

Я попытался высвободиться, закричать, но меня тут же схватили ещё трое. Удерживая за плечи и заткнув рот крепкой мозолистой ладонью

— Хорошо, — кивнул Гратон, и провел у меня по предплечью ногтем большого пальца, оставляя длинную глубокую царапину.