Сидя в темноте в одиночестве, забросив ноги на письменный стол, вдруг испытал непонятное ощущение. Нет, не от спиртного. Что-то другое, очень неприятное…

Поставил стакан и спустил ноги на пол, заподозрив, в чем дело.

Он был один.

— Пард! — мысленно окликнул Дейлт в ожидании знакомого ответа.

Ответа не последовало.

Партнер исчез.

Пард — отец, сын, жена, мать, ментор, доверенное лицо, спутник, хранитель, сторожевой пес, друг…

Пард пропал.

Внезапное потрясающее сознание одиночества впервые за тысячелетие с лишком перебила мысль, что без Парда он уже не бессмертен. Груз прожитых столетий обрушился на него с сокрушительной силой, и Дейлт понял, что дни его вновь сочтены.

— Пард! — завопил он во все горло.

XIX

Миновали три кошмарных дня, в течение которых орлиное гнездо осаждал легион репортеров из разнообразных агентств новостей, выклянчивая интервью. Целитель вернулся, и каждый мечтал раздобыть эксклюзивный материал. Заранее это предвидя, Дейлт нанял охрану, которая близко их не подпускала. Наконец, ему было доложено, что официальный представитель Федерации и местный политик по фамилии Ленда просят аудиенции, ссылаясь на личное знакомство. Можно впустить?

Он кивнул физиономии охранника на видеоэкране и выключил монитор. Интересно, чего им понадобилось? Если явились к вернувшемуся Целителю, значит, им не повезло. Без Парда он не обладает особыми псионными силами. Опять стал простым человеком довольно-таки странноватой наружности.

По правде сказать, не имеет значения, чего им надо. Он, как ни странно, нуждается в обществе. Три дня куксится в кабинете без окон, чувствуя непривычную нарастающую тоску по солнечному свету, свежему воздуху, людям.

Дверь кабинета открылась. Вошел Ленда, за ним следом Петрикал. Лицо первого выражало неприкрытое благоговейное изумление при воспоминании о своем прошлом визите сюда, когда он сидел за письменным столом напротив хозяина — другого мужчины, по крайней мере казавшегося просто другим мужчиной, которого теперь окружает тысячелетняя легенда. Белоснежная прядь на макушке, золотая рука — недостает лишь огненного камня — подчеркивают образ, известный каждому обитателю освоенного космоса. Петрикал молитвенного восторга не испытывал, подержался почтительно, сдержанно.

— Рад вновь видеть вас обоих, джентльмены, — с подчеркнутой сердечностью приветствовал гостей Дейлт, остановив взгляд на Ленде. — Садитесь, пожалуйста.

Визитеры уселись, чувствуя себя неловко в чужом экстравагантном замке. Все молчали.

— Итак? — спросил в конце концов хозяин.

Четыре дня назад ждал бы до бесконечности, наслаждаясь смущающим посетителей долгим молчанием. Теперь ему не терпелось. Минуты снова имели высокую цену.

Петрикал первым обрел дар речи и запнулся, не зная, как обращаться к собеседнику.

— Мистер Мордирак… Целитель…

— Лучше просто Дейлт.

— Мистер Дейлт, — с облегчением улыбнулся адъютант. — Я должен задать вам один вопрос… от себя, если не от лица человечества. Вы действительно настоящий Целитель?

Он помолчал, обдумывая ответ.

— Это действительно важно?

Петрикал сморщил лоб, а Иосиф Ленда вдруг выпрямился в своем кресле, все вдруг сразу поняв.

— Нет. — Он оглянулся на Петрикала. — По крайней мере, для наших практических целей не важно. Важно, что весь освоенный космос считает его Целителем. Вспомните: мужчина вступил в бой, один против пятидесяти, и разогнал убийц, расстреливавших беззащитных купальщиков. Вдобавок он случайно обладает поразительным сходством с Целителем. Для Детей Целителя этого более чем достаточно.