Кай покачал головой:

— Роджер Тандрек вряд ли захочет расстаться с тобой, ты быстро поднялся на самый верх, почти так же быстро, как и я.

— Пусть это беспокоит Тандрека, я не собираюсь ради него кончить свою жизнь на арене, не желаю, чтобы Карэн осталась вдовой с ребенком на руках.

— Я вполне понимаю тебя и разделяю твои чувства. Если он начнет жать на тебя, дай мне знать, я выкуплю твой контракт.

Все присутствующие заметили, как Ву вдруг остановился и с восхищением посмотрел на Кая.

— Не понимаю, — сказал он, — почему ты так относишься ко мне? Ведь мы же враги.

— Почему? — удивился Кай. — Мы не враги, мы соперники, а это большая разница.

— Но мой отец командует соединением, которое когда-нибудь, возможно, атакует Объединение Святого Ива, — настаивал Ву.

— Вот тогда мы и станем врагами, и то только на время конфликта. — Кай улыбнулся. — А пока я чемпион, а ты — претендент, не более того. — Он посмотрел на Ву. — Ты, конечно, хочешь быть с женой и будущим сыном, я понимаю, и если смогу помочь тебе, с радостью это сделаю.

Ву просиял:

— Ты говоришь как один из наших мудрецов.

— Какой я мудрец. — Кай угрюмо покачал головой. — У меня нет ни жены, ни детей. — Он посмотрел на Ву. — Меня многому научил Морган Келл, я видел его с сыном Феланом на Арк-Ройяле.

— Ты знаком с Ханом?

— Да, и это прекрасный пример. Отец и сын служат разным людям, смертельным врагам, но между ними очень близкие и доверительные отношения. Их дружба настолько впечатлила меня, что мне кажется, если бы я был отцом, мне хватило бы и десятой доли их дружелюбия и привязанности друг к другу.

Тормано Ляо сидел в своей комнате у экрана головизора и внимательно слушал разговор двух бойцов.

— А как бы я хотел, — задумчиво произнес он, откидываясь на спинку кресла, — чтобы мой сын обладал десятой долей твоих качеств, Кай. Каким бы счастливым отцом был бы в этом случае я. — Он помолчал. — Ты правильно сделал, что помешал мне выкрасть эту Карэн. Ты поступил так, как нужно было поступить. — Тормано усмехнулся. — Но и я поступил точно так же разумно, пытаясь похитить ее.

Дверь открылась, и в комнату вошла Нэнси Бао Ли. Тормано не любил неожиданных появлений, но, посмотрев на нее, он внезапно почувствовал, как тепло ему становится от ее присутствия. Ему было с ней очень легко, хотя бы потому, что не нужно говорить дешевые комплименты, она их тоже не любила, да и не нуждалась в них. Он находил ее действительно красивой, а нет ничего лучше неожиданного прихода красивой женщины.

На ней было черное облегающее платье, рукава которого не заканчивались на кисти, а маленьким треугольником закрывали внутреннюю сторону ладоней, доходили до пальцев и крепились на указательном и безымянном аккуратными петельками. Неширокий стоячий ворот и колье из тонких золотых пластинок, подчеркивали полноту ее груди. Платье было коротким и полностью открывало стройные красивые ноги. Каблуки и носы ее черных, с невысокими свободными голенищами туфель были отделаны тонкими золотыми полосками и очень подходили к золотому колье.

Черные волосы Нэнси были собраны и удерживались двумя изящными золотыми заколками. Косметику она подобрала очень тщательно, что придавало чертам ее лица тонкость и подчеркивало азиатскую внешность. Тушь и лиловые тени у глаз делали ее миндалевидные глаза более выразительными, а такого же цвета помада увеличивала полноту губ. Ногти были покрашены смесью пурпурно-серого лака. Нэнси явно умела пользоваться косметикой, красота ее была яркой и броской, но не вызывающей.