Она понравилась Питеру, и он застонал, представив себе, что они исчезли бы в дыму и огне только потому, что кто-то ненавидит его семью. Какой жуткий парадокс. Питер должен был защищать своих подданных, а на самом деле своим присутствием он подвергает их жизни страшной опасности. Милиция Свободного Ская на этом не остановится, она будет действовать, только более точно и изощренно. В следующий раз ошибок террористы не допустят.

Ну что ж, он готов и к этому. Только сейчас Питер заметил, что сидит, не зажигая света, в темноте. Он еще раз посмотрел на экран, выключил головизор и прошептал в темноту:

— Мы еще встретимся с тобой лицом к лицу, и это будет последним днем в твоей жизни.

Смолкли звуки фанфар и труб. Виктор одернул мундир, поправил выбившуюся из-под короны прядь светлых волос и стал слушать. «Его высочество Виктор Ян Штайнер-Дэвион, принц-архонт Федеративного Содружества, Верховный главнокомандующий вооруженных сил Федеративного Содружества, герцог Таркадский, герцог Нового Авалона, герцог Донегала, первый лорд Звездной Лиги...» — гремел голос верховного маршала. Снова зазвучали фанфары, перед Виктором раскрылись массивные высокие двери, он вошел в зал и по красному ковру направился к тронам Триады.

Его чеканный шаг многие посчитали желанием подтвердить свою принадлежность к армии, на самом же деле это было признаком раздражения. «Сколько раз я говорил верховному маршалу, чтобы он вычеркнул из списка титул первого лорда Звездной Лиги! Мне наплевать на традиции. Звездная Лига развалилась триста лет назад, и упоминать о ней — просто фарс. Больше я этого не потерплю», — думал он.

По мере того как шагал по ленте ковра, первый принц постарался умерить свой гнев, рассматривая в очередной раз давно знакомый зал. Каменный свод потолка и каменные колонны были возведены еще в те времена, когда в строениях ценилась массивность и внушительность, а мужчины бились в латах. «В те времена я, скорее всего, давным-давно был бы убит», — размышлял Виктор.

Прошло время, но страсть к войне не исчезла. За те два тысячелетия после правления на Терре Шарлеманя люди начали заселять иные миры. Поскольку полями сражений стало космическое пространство, изменилось и оружие. Канули в Лету доспехи, воин тридцать первого века сел в кабину мощного и разрушительного боевого робота.

На помосте, куда направлялся Виктор, стояло три трона. Опорой для двух из них, поменьше, служили боевые роботы. Слева находился «Мародер», громадный и неуклюжий, с неестественно тонкими руками и с ногами, как у кузнечика, — коленками назад. Его цилиндрическое тело было наклонено вперед, всем своим странным видом робот внушал страх, который усиливался рисунком, он был разрисован черными и золотыми полосами, цветами первого полка улан с Катиля. Эти уланы славились неподкупной верностью Дому Дэвиона и безжалостностью к врагам. Это были самые свирепые воины в армии Федеративного Содружества.

Другой боевой робот поддерживал трон, символизирующий Содружество Лиры. Эта машина уже больше напоминала фигуру человека и называлась «Крестоносец». В частности, тот, что поддерживал трон, принадлежал Галену Коксу, и факт установки его в зале считался знаком высшего расположения Виктора к команданту. Обычно «Крестоносцы» окрашивались в голубые и золотые цвета, цвета десятой Лиранской гвардии, но этот робот с разрешения Галена был окрашен иначе. Тело у робота было окрашено в красный цвет, а ноги и руки — в черный, так окрашивали свои роботы наемники, Гончие Келла. Виктор знал, что робота следует покрасить в соответствующие Содружеству Лиры цвета, но в то же время ему не хотелось и обижать наемников. В конце концов, церемония награждения длится всего один день, а наемники служат годы, так что те, кому что-то не нравится, один день могут и потерпеть.