— Я не могу рассказать тебе это, но постараюсь помочь тебе выяснить.

Взгляд Тамсин был полон горя и разочарования.

— И это все? Все, что ты сделаешь? Ты не скажешь, где моя мама?

— Я не могу ничего обещать тебе, Тамсин. Это не моя тайна.

— По крайней мере, ты признаешь, что держишь что-то от меня в секрете.

— Увы, и мне очень жаль. Если бы я мог… Хотя какая разница. — Он выругался. — Я сделаю все, что смогу, и вызову мастера для починки окна.

Финн развернулся и пошел к двери, чувствуя, как Тамсин разочарованно смотрит ему вслед.

Что ж, теперь он стал для нее чужим человеком. Предательство Трента было болезненным, но тут было что-то другое. Захлопнув за Финном дверь, Тамсин соскользнула по стене на пол. Гнев и шок оставили ее опустошенной, не в состоянии справиться с нарастающей душевной болью.

Тамсин боялась открыть рот, зная, что может закричать. Вместо этого она стиснула зубы, обняла себя за плечи и сжалась в комок. Она чувствовала себя мишенью под градом стрел лжи и предательств.

Мать оставила ее — попадание. Даже не пыталась связаться с ней — еще одно. Мать предала ее — еще. Все лгали ей и предавали: ее отец, ее семья, бывший жених, личный помощник, Финн — очко, очко, очко, очко и еще дважды попадание.

С чего вдруг ей так стало важно, что Финн попал в этот список? Они не так давно знакомы, не клялись друг другу в вечной любви. Тамсин вообще не стоило доверять ему. Ведь ее преследовало ощущение, будто он что-то скрывает от нее…

Но, вместо того чтобы прислушаться к интуиции, она позволила ему окрутить себя. Ей так отчаянно хотелось быть свободной, беззаботной, счастливой, что она осталась слепа к правде. Финн оказался таким же, как и все. Хуже, он использовал против нее ее желание быть принятой, заставил нуждаться в нем в повседневной жизни, влюбил в себя.

«Нет! Никогда!» Тамсин стукнула кулаками по полу.

Никакой любви, лишь влечение, обычное физическое влечение. Она не могла любить Финна. Ее чувствам лишь льстило его внимание. Оно легло бальзамом на ее раненую гордость. И где же она теперь?

Тамсин встала и пошла в комнату хозяев, но не могла найти в себе силы и желание собрать осколки, привести в порядок коробки и убрать ветки. Она вернулась к своей спальне, сняла обувь и легла на кровать, завернувшись в одеяло. Ей казалось, что ее переехал поезд. Как ей хотелось забыться, хотя бы на пару часов. Тогда бы она смогла решить, что делать дальше, сейчас ей было слишком тяжело.

Солнце уже садилось, когда ее разбудил звонок. Она резко подняла трубку и ответила:

— Да?

— Мисс Мастерс, это Джилл из агентства недвижимости.

— Да, насчет повреждений…

— Я говорил с хозяином, мистером Фабрини, и он попросил, чтобы вы переехали.

Идея переехать на время ремонта показалась Тамсин странной.

— Прошу прощения? Это слишком. Нужно заменить всего лишь одно окно. Наверняка я могу остаться на это время в доме.

— Вы не поняли меня, мисс Мастерс. Мистер Фабрини хочет, чтобы вы освободили дом вообще.

— Что? Освободить дом? Но договор…

— Это договор понедельного найма, подразумевающий, что он может быть расторгнут любой из сторон без предупреждения. Вам возместят переплату.

— Да, я понимаю… — Тамсин надеялась, что у нее будет хотя бы неделя, прежде чем уехать.

— Значит, вы подготовитесь?

— Да, конечно.