Позади, на расстоянии пятисот пейсов, Хо'Деми слышал шум сражения, но он так устал, что не обращал на него никакого внимания. Бой за Жервуа — а следовательно, и за Ахар — шел без остановки вот уже шесть недель. Скрелинги, еще с осени скопившиеся в южном Ихтаре, начали наступление в Снежном месяце, и последние три недели атаки их только усиливались. Все часы бодрствования люди Хо'Деми занимались одним: вонзали мечи, пики, кинжалы и даже заточенные кухонные ножи в глаза скрелингов, пробиравшихся к ним в траншеи.

Скрелинги, по сравнению с прошлым годом, увеличились в размерах, стали крепче, их торсы обросли плотью и мышцами. Сделавшись сильнее, они стали и более смелыми, решительными и хитрыми.

Хо'Деми надеялся, что на свой участок ледяных червей не пропустит. Неделю назад из южного Ихтара выползли ледяные черви, о которых ветераны Горкен-форта вспоминали с содроганием. Горкентаун пал тогда прежде всего благодаря их усилиям. Черви эти изрыгали из чудовищно раздутых животов несметное количество скрелингов, и те штурмом брали крепостные стены. Несмотря на тяжелый груз, черви прекрасно держались на воде и передвигались по каналам не хуже, чем по суше.

Убить ледяных червей было гораздо труднее. Поднимаясь во весь рост, они возвышались над человеком на высоту в пятьдесят—шестьдесят пейсов. До лошадиных их голов с оскаленными зубами даже пикой невозможно было достать. Защитникам Жервуа требовались искусные лучники: ведь единственный способ убить чудищ — выпустить стрелу в серебристый глаз. Но лучники Борнхелда умирали так же часто, как и его меченосцы, и копейщики. В оборонительных рядах Жервуа стрелков явно не хватало, а незащищенных участков — хоть отбавляй.

Хо'Деми знал: оборона Жервуа будет неминуемо прорвана. Пока все держалось на каналах: в массированное наступление скрелингам путь заказан, а в узких местах их убивали поодиночке. В ход пошли теперь ледяные черви. Через каналы они переправлялись с легкостью, неслышно обходили солдат сзади, изрыгали скрелингов, и люди не успевали опомниться.

Каждый день из северных туманов выползало все больше и больше ледяных червей.

Возле каналов людей было так мало, что прорвись неприятель через какой-либо участок — и катастрофа неминуема. Хо'Деми знал: Борнхелд сражается так же отважно и долго, как и любой из его солдат, но отдыхать он им разрешал лишь один день из пяти. А что, если солдаты попросту уснут на посту, опираясь на копья и пики?

Одно утешает: большая часть рейвенсбандских женщин и детей отправлена в Сигхолт. Уходили они тайком, ночью, когда все внимание было обращено на оборону. Если он и его люди погибнут, то хотя бы дети спасутся. Хо'Деми посылал в Сигхолт и маленькие отряды бойцов. Хоть кого-то спасти от бессмысленной гибели! Как же хотелось Хо'Деми поскорее соединиться с Аксисом, однако он понимал: отведет свою армию — и все закончится катастрофой не только для Борнхелда, но и для Аксиса. Потому-то и посылал маленькие отряды в северном и восточном направлениях да надеялся, что настанет день, когда он пойдет за Звездным Человеком.

Высоко в небе кружил снежный орел, низкие тучи делали его почти незаметным. Птица следила за одиноким всадником, направлявшимся в лагерь рейвенсбандцев. Заметив, как поникли его плечи, орел сложил крылья и устремился к человеку.

— Хо'Деми! Проснись! Вытяни руку!

Хо'Деми встрепенулся и чуть не упал с лошади. «Руку!» — зазвучал в его мозгу тот же голос, и Хо'Деми машинально вытянул левую руку. Тут же с неба на нее свалился огромный снежный орел. От такой тяжести рейвенсбандец чуть не потерял равновесие.

— А ведь на моем месте, Хо'Деми, могла оказаться и грифа, — сказал орел голосом Аксиса. — Разве можно ездить одному?

Хо'Деми покрепче сел в седле, приспосабливаясь к весу птицы.

— Если бы грифа и схватила меня, милорд Аксис, то не слишком бы обрадовалась: очень уж я сухой и невкусный.