В итоге все четверо оказались пойманными. Магнус, схваченный за руку, рванулся, но, увидев лицо «незнакомца», остолбенел.

— Папа!

— Мама! — воскликнула Корделия и крепко обняла Гвен. — О, слава Богу, что вы пришли!

Джеффри порывисто обнял отца, но потом вдруг вспомнил, сколько ему лет, отстранился и смущенно проговорил:

— Увы! Теперь и вы пойманы вместе с нами!

— Пойманы? — встревожилась Гвен. — Мы угодили в ловушку?

— Да! Эта тропа идет по кругу, и нам приходится бежать все быстрее и быстрее, чтобы выбраться из него!

— Но одной скорости мало, — объяснила Корделия. — Вход в это кольцо все время отдаляется от нас.

— Мало этого — так за нами еще гонятся негодяи, — добавил Магнус и нервно оглянулся через плечо. — Пап, мам, пожалуйста, полетели вместе с нами.

— Хорошо, как скажете.

Гвен оседлала помело, Корделия проворно примостилась у нее за спиной. Они взмыли в воздух над тропинкой, а мальчики полетели по обе стороны от них.

— Я на лету соображаю плоховато, — признался Род и побежал трусцой параллельным курсом.

Тут на тропу, сокрушая кусты, вышел черный конь.

— Векс! Слава всем святым! — обрадовалась Корделия. — Я так боялась, что у тебя из-за этих мерзавцев припадок случился!

— Нет, Корделия, хотя я тебе очень благодарен за заботу. — Векс кивнул Роду, и тот быстро оседлал верного коня. — Эти дистрофичные молодые люди пробежали мимо меня, а поскольку они гнались за вами, мне оставалось только последовать за ними.

— Но почему ты раньше не догнал ребят? — спросил Род.

— Пришлось дождаться, когда они снова появятся, Род.

— Снова появятся? Значит, все-таки это круг.

— Круг, папочка, только очень уж странный, — встряла Корделия. — Наши преследователи то и дело оказываются на противоположной стороне, и при этом — вверх ногами!

Гвен нахмурилась.

— Муж мой, что это за чары?

— Вероятно, спроецированная иллюзия, — пожал плечами Род.

— Как это сделано, я догадываюсь, — нетерпеливо проговорила Гвен. — Ты лучше скажи, что сделано?

— Судя по всему, это лента Мебиуса.

— Лента Мебиуса? — переспросила Корделия. — Но что это такое, папочка?

— Полоска, которая посередине наполовину повернута и в итоге имеет только одну поверхность. Если пойдешь по ней, то рано или поздно вернешься туда, откуда начал путь, но при этом окажешься на другой стороне этой самой единственной поверхности.

— Чепуха какая-то, — буркнул Джеффри.

— Да нет же, это чудесно! — вытаращив глаза, воскликнул Грегори. — Почему я раньше о такой ленте не слышал?

Он укоризненно взглянул на Векса.

— Потому что ты пока не готов к восприятию топологии, Грегори, — ответил робот. — Я должен настаивать на том, чтобы сначала ты освоил арифметику.

— Ну так обучи меня ей поскорее!

— Не сейчас же, Грегори, — сказал Магнус и с опаской оглянулся через плечо. — То ли мы промешкали, то ли, наоборот, поспешили… Они опять нагоняют нас сзади.

— Скорее! — взмолился Грегори, и все прибавили скорость.

— Как же нам выбраться из этого заколдованного круга, супруг мой? — спросила Гвен.