Деревня располагалась в самой северной провинции королевства Дэверри, самого большого королевства во всем мире Неведомого — так всегда говорили Джилл. Она знала, что южнее был расположен великолепный город — Дан Дэверри, где в огромном дворце жил верховный король. В Бобире, однако, где Джилл провела всю свою короткую жизнь, насчитывалось всего около пятидесяти круглых домов, построенных из грубых кремниевых плит. Прижавшись к склону крутого холма, дома образовывали узкие извилистые улочки, поэтому деревня выглядела как пригоршня валунов, среди которых торчали вразброс сосновые деревья. В маленьких долинах среди холмов фермеры разработали небольшие поля между скалистыми участками, огородив их стенами, сложенными из камней. На расстоянии около мили от деревни располагалась крепость лорда Мелина, благодаря которой и возникла деревенька. Джилл с младенчества твердили, что каждому предписано Судьбой делать то, что укажут рожденные знатными — а значит, избранные богами. Вид самой крепости всегда производил на Джилл огромное впечатление, в ней чувствовалось божественное начало. Она стояла на вершине самого высокого холма, была окружена двойным земляным валом и обнесена каменной стеной. Круглая башня из обработанного камня располагалась в центре и возвышалась над другими постройками, гнездящимися внутри стен. Если Джилл находилась в самой верхней части деревни, то могла видеть крепость и развевающееся на башне голубое знамя лорда Мелина.

Очень редко Джилл встречала самого лорда Мелина, иногда наезжавшего в деревню, чаще всего затем, чтобы наказать того, кто нарушил закон. И когда однажды в особенно жаркий и душный день сам лорд Мелин заглянул в таверну выпить немного эля, это показалось необычайно важным событием. Хотя у лорда были редкие седые волосы, напыщенная физиономия и большой живот, он выглядел довольно представительно, держался чрезвычайно прямо и шагал широко, как воин. Знатного лорда сопровождали двое молодых людей из его отряда всадников. Джилл суетливо привела в порядок свои волосы и поклонилась лорду. Мэйкин подбежал, держа в руках полные кружки, поставил их и тоже склонился в поклоне.

— Ужасно жаркий день, — заметил лорд и с жадностью отпил из кружки.

— Да, господин, — ответил Мэйкин с запинкой.

— Прелестный ребенок, — лорд Мелин взглянул на Джилл. — Твоя внучка?

— Нет, господин, — ответил Мэйкин. — Это дочка служанки, работавшей у меня.

— Она умерла недавно, — вмешался один из всадников. — Какая жалость.

— Кто ее отец? — спросил лорд Мелин. — Что-нибудь известно о нем?

— Как же, как же, господин, — проговорил всадник с гнусной ухмылкой. — Каллин из Кермора. Ни один человек не посмел бы позабавиться с его девушкой.

— Ну, разумеется, — понимающе засмеялся лорд Мелин. — Так у тебя знаменитый отец, крошка?

— Разве?

Лорд Мелин вновь хохотнул.

— Военная слава, конечно, не так уж много значит для маленькой девочки, но твой отец — самый знаменитый фехтовальщик во всем Дэверри, хоть он и серебряный кинжал. — Лорд вынул из-за пояса кожаный кошелек и достал несколько медяков, чтобы расплатиться с Мэйкином, а потом протянул Джилл серебряную монету: — Вот, дитя, возьми, тебе понадобятся деньги, чтобы купить новую одежду.

— Покорнейше благодарю, господин.

Делая реверанс, Джилл застеснялась, потому что ее платье действительно было совсем рваным.

— Да пошлют вам боги счастья, господин.