|
- Он дома? - стянув рукавицы, Конан снял плащ. - Так точно. Как о вас доложить? - Я сам представлюсь, - буркнул король. - Знаю, как к нему пройти. Оставайся здесь. Паж послушался его приказного тона и остался стоять, с удивлением глядя ему вслед, а Конан тем временем быстро поднялся по короткой мраморной лестнице, оставив оторопелого слугу размышлять о том, какие дела могут быть у его господина с этим варварского вида наемником с севера. Остальные слуги тоже оставили свои занятия и с раскрытыми ртами наблюдали за необычным гостем, что так уверенно прошел по широкому балкону и скрылся в просторном коридоре, освежаемом морским бризом. Преодолев около половины коридора, он услышал скрип пера и свернул в боковую комнату, большие окна которой выходили к морю. Пабло, сидевший перед резным бюро из тикового дерева, писал золотым пером на богатом пергаменте. Это был невысокий мужчина с большой головой и подвижными темными глазами, одетый в серую накидку из тончайшего присборенного шелка, обшитого золотой бахромой. На шее его висела массивная золотая цепь. При виде незваного гостя он с досадой взмахнул было рукой, но потом поднял взгляд, и рука его застыла на полдороги. Рот его приоткрылся - он встретился глазами с привидением своего прошлого. Взор его широко открытых глаз постепенно стал наполняться недоверием и страхом. - Ну, - первым подал голос гость, - ты что, - никак не подыщешь для меня подходящего приветствия? Пабло облизнул мгновенно высохшие губы. - Конан... - недоверчиво прошептал он. - Господи! Конан! Амра!.. - А кто ж еще? - и плащ с рукавицами с грохотом опустился на бюро. - Ну так что же? - выкрикнул он со злостью. - Ты даже не можешь предложить мне бокал вина? После дальней дороги у меня пересохло в горле. - Ах да, вина!.. - механически повторил Пабло. Он взглянул в сторону колокольчика, но вдруг задрожал и отдернул руку, словно обжегшись. С искрой устрашающего веселья в глазах Конан наблюдал, как купец поднялся и поспешно закрыл двери, предварительно высунув в коридор голову и убедившись, что там никого нет, а потом вернулся и взял с дальнего столика золотой кувшин с вином. Он хотел было наполнить - 74 небольшой бокал, но циммериец вырвал кувшин из его рук и стал пить прямо из него. - Да... Это, без сомнения, Конан... - выдавил купец. - Э-э-э... Ты что - ошалел?.. - Черт возьми, Пабло! - отозвался Конан, оторвавшись от кувшина, но не выпуская его из рук. - Ты стал жить лучше, чем раньше. Нужно действительно быть хорошим купцом, чтобы сорвать куш, начав торговлю с гнилой рыбы и прокисшего вина! - Старого уже не воротишь, - ответил Пабло, охваченный дрожью. Еще глубже запахнувшись в свою накидку, он продолжал: - Я расстался с прошлым, как с изношенным плащом. - Вполне возможно. Но вот только меня ты, как плащ, не сбросишь. Может, ты и считаешь меня глупцом, но зря думаешь, что я не догадываюсь, что весь этот твой дом построен на моем поту и крови. Или мало шлюпок с добром в свое время прошло через твои руки? - Все купцы Мессантии рано или поздно имели дела с морскими разбойниками, - нервно произнес Пабло. - Но не с черными корсарами, - не обещающим ничего хорошего тоном возразил Конан. - Ради бога, замолчи! - вскрикнул купец, вытирая со лба пот. Пальцы его тискали золотую оторочку тоги. - Успокойся, я лишь хотел кое-что тебе напомнить, - успокоительно произнес Конан. - Да не трясись ты! Ты же часто на моей памяти рисковал в прошлом, мечтая о богатой жизни в том паршивом домике на побережье, здороваясь за руку с каждым буканьером, контрабандистом или пиратом. Видать, достаток тебя расслабил. |
