|
И, во-вторых, мы ничего не знаем о том, какие цели он преследует в борьбе с Могом, и какие он собирается использовать методы. А с его методами мы мало-мальски знакомы. Предпочитаю другие. Обдумав всё как следует, мы с Леной приходим к выводу, что кроме этой встречи у нас с ней нет никаких доказательств враждебной деятельности Мога. Надо искать самим. Даже Старый Волк не сумел убедить своё руководство, что от Мога исходит угроза. Мы решаем, что я буду тщательно исследовать участок, на котором исчез Мог. Лена попробует восстановить программу, которую разработала Катрин для обнаружения ЧВП, и попытается приспособить её для поисков проявлений деятельности Мога и его соратников. Но вся беда в том, что кроме старого Лока мы никого из «моговцев» никогда не наблюдали. Внезапно меня осеняет догадка, и я замолкаю, обдумывая пришедшую в голову мысль. Лена терпеливо ждёт, накручивая по привычке прядь волос на палец. — Они предпочитают действовать чужими руками, — говорю я наконец, — Это — несомненно. Появление Лока в реальной Фазе — исключительно редкий, неизвестно чем вызванный, случай. А как они действуют? Да через таких, как Яла! — Ну, ну! Я, кажется, поняла, — обрадовано говорит Лена, — Ведь до Ялы этот Мог стольким женщинам передал свои дары, а вместе с ними и программу действий. — Совершенно верно! Да и мои встречи с Локом, это — не случайность. Наверняка он встречался ещё с кем-то. Так что материала для наблюдений и выявлений закономерностей тебе на первых порах хватит. А не хватит… Я снова умолкаю. Но на этот раз Лена не ждёт, а договаривает мою мысль: — Что ж, в этом случае придётся обратиться к Старому Волку. Думаю, что информацию, накопленную им в этом плане, он не будет от нас скрывать. — Если, конечно, он был с нами до конца честен. Но оставим этот контакт на самый крайний случай. Постараемся обойтись без его помощи. — Договорились, — поддерживает меня Лена. Мы приступаем к работе, не откладывая дела в долгий ящик, сразу после обеда. Лена садится к компьютеру, а я изучаю участок, где исчез Мог. Тщательный, вплоть до квадратного сантиметра, визуальный осмотр участка ничего не даёт. Вооружившись Каталогом, я начинаю творить на Синтезаторе все мыслимые и немыслимые приборы. На четвёртый день я с помощью чувствительного дозиметра обнаруживаю очень незначительное повышение уровня радиоактивности в районе этого участка. Лена поздравляет меня с первым успехом, но я-то знаю, как мало он мне даёт. Еще через день обнаруживаю слабую, в сотые доли градуса, флуктуацию температуры на этом участке. Но откуда она исходит, определить не могу. Еще через неделю регистрирую такие же слабые колебания гравитационного поля. Но здесь мои исследования заходят в тупик. Зная о взаимосвязи времени и тяготения, я решаю измерить колебания темпорального поля. Но все мои попытки сотворить на Синтезаторе простейший дифференциальный хроноскоп терпят неудачу. В Каталоге таких приборов просто нет. В богатейшей памяти Синтезатора они тоже отсутствуют. Я попытался сотворить хроноскоп по частям, но пять из них не работали вообще, а шестой показал такие аномалии темпорального поля, что было просто удивительно, как в таких условиях существует вещественная Материя. Затею с хроноскопом пришлось оставить. У Лены дела продвигались получше. Она вспомнила четыре из девяти основных алгоритмов программы-искателя. Мы с ней по вечерам, когда я посылал в Схлопку свои попытки заставить работать хроноскопы, медленно, но методично восстанавливали остальные составляющие программы. |
