|
Если проигравший окажется не в состоянии выплатить проигранную сумму, его проигрыш выплачивает победителю Компания. Это справедливо. Не менее справедливо и то, что в этом случае проигравший принудительно отравляется на шахты, принадлежащие Компании. Там он будет трудиться до тех пор пока не компенсирует затраты, которые понесла Компания. Итак, назначайте ваши ставки, господа! Первые ставки назначаются с десяти гасов. Это вызывает усмешку не только у меня, но и у других, которые пришли сюда за выигрышем покрупнее. А крупье напоминает: — Господа! Вы должны отвечать за свои ставки. Перед началом игры партнёры вносят в банк стола залог в размере ста ставок. Партнёры и Компания должны быть уверены в вашей платёжеспособности. Я подключаюсь к торговле, когда размер ставки достигает пяти гэкю: — Отвечаю! Десять гэкю! Все мелкие авантюристы быстро утихают. Торгующихся, вместе со мной, остаётся семь человек. Когда ставка возрастает до шестнадцати гэкю, отсеиваются ещё двое. Ставку в шестнадцать назначает Гауфел Мески. Вижу, что пятый, непредусмотренный, партнёр собирается поднять ставку до семнадцати, но при этом он лихорадочно роется в своём пристёгнутом к поясу бумажнике. Не даю ему пересчитать свои капиталы и говорю: — Отвечаю! Двадцать! Воцаряется тишина. Судя по всему, «Алмазная пыль» таких ставок ещё не знала. — Отвечаю! — слышится голос Гауфела. — Отвечаю! — торопится Лидарий Кост. — Отвечаю! — после паузы говорит Даниил Ракоши. Пятый претендент на игру, бросив на меня убийственный взгляд, отворачивается и уходит к другому столу. Мы вчетвером тут же вносим залог и подходим к стойке бара. Там мы за счет Компании выпиваем по рюмке коньяку и обговариваем условия. Они меня вполне устраивают. Играть будем «классику», до двухсот. «Слепая игра» поднимает ставку в десять раз. Служители, тем временем, готовят стол: устанавливают электронное табло для записи игры и машинки для тасования карт. — Ну, господа, — говорит Лидарий, — пожелаем друг другу удачи! Занимаем места за столом и разыгрываем первую раздачу. Раздавать выпадает Гауфелу Мески. После четырёх «распасов» «гора» у всех раскладывается примерно поровну, за исключением Лидария. Он на втором розыгрыше умудрился загрести семь взяток. Правда, у него же и первые очки в «пуле» В последнем розыгрыше он «прошелся по нулям». В первую же «боевую» раздачу я снова заказываю «распасы» с целью «застолбиться» на «второй ступени» Игра идёт ровно. Понемногу пишется «пуля», записываются «висты», иногда пополняется и «гора». Партнёры мои — игроки не слабые и редко попадают впросак. Я играю три шестерных и одну семерную игру. Но это всё — мелочи. При очередной раздаче я обнаруживаю у себя на руках шесть бубен, без дамы и короля, туза червей и три мелкие трефы. Собираюсь пойти на семерную игру, но какой-то настойчивый внутренний голос нашептывает мне, что в прикупе лежит недостающий бубновый марьяж, а Даниил Ракоши готов пойти на восемь пик. Что-то больно уж настойчив этот «внутренний голос». Моё слово первое и, заявив шесть пик, я, пользуясь возникшей паузой, осматриваюсь. Ага! Вот и источник «внутреннего голоса». У стойки бара вполоборота к нам сидит Кора со стаканом какого-то сока и с безразличным видом наблюдает за игрой на соседнем с нами столе. |
