— Не торопись с выводами, Алексеич! Ты же знаешь этих мразей — если вцепятся, уже не отпустят.

— Как бы вам беду не накликать, Родион Владимирович! — огорчённо отозвался водитель и замолк. Как же изящно он попросил его заткнуться! И не прикопаешься. Видимо, нельзя в его статусе по-отцовски гаркнуть. Да и вообще, я уже понял, что рядом со мной сидит какая-то важная шишка — машина, личный водитель, обращаются к парню по имени и отчеству.

В это время Родион обработал раны какой-то жидкостью, почти мгновенно остановив кровотечение, а затем принялся приводить в порядок свою одежду. Под лёгким плащом скрывалась тонкая вязаная жилетка с гербом и рубашка. Моё внимание привлек герб — на белом поле вышитая оранжевым буква «С», по бокам от которой отходят расправленные в стороны крылья, а в нижней части герба изображена дубовая ветвь с листьями.

— Эх, как вас разукрасили-то! — снова завёл старую пластинку водитель, рассматривая парня в зеркало заднего вида. — Вот Владимир Михайлович расстроится! У него и так дела не ладятся в последнее время, а еще и эта драка с Кисловыми…

— Хватит, Алексеич, и так на душе тошно! — отозвался Родион и повернулся ко мне. — Ну, а ты откуда взялся? Вид у тебя какой-то необычный.

— Из Вологды, приехал поступать в университет.

Пришлось выдать старую информацию годичной давности. Не говорить же, что я из портала вывалился! Ещё решит, что мне всё-таки заехали по голове в драке.

— Я так и подумал, — отозвался парень.

— Что подумал?

— Сразу видно, что ты из простолюдинов, потому как у тебя герба нет. И на кой ты вообще вмешивался…

— Как это? Тебя избивали, вот я и заступился. И вообще, мог бы и спасибо сказать!

— Спасибо! — тут же отозвался парень, который теперь сидел хмурый, как туча. — Сам бы я точно не справился. Правда, лучше бы загнулся, а теперь эти проблемы разгребать. Кисловы ведь так просто это не оставят, обязательно отцу какую-нибудь пакость учинят. А тебе, так вообще конец, ты ведь из простых, считаться никто не будет.

— Это еще с каких делов?

— Ты не в курсе что ли? — удивленно посмотрел на меня парень. — Ты только что вырубил двоих аристократов. И ладно Никитские, у них особо-то и связей нет, а вот Кисловы… В общем, тебя найдут и прикончат. Не удивлюсь, если приволокут с мешком на голове к Платошке, чтобы он лично тебе голову оторвал.

На лице Родиона заиграли желваки, и он непроизвольно сжал кулаки, представляя моё будущее. Да уж, не самое радужное, стоит сказать. Скорей бы этот дурацкий портал починили. Оставаться здесь мне вообще неохота.

— Вот что! Я бы высадил тебя здесь и посоветовал затаиться, но бежать смысла нет — ищейки Кисловых тебя все равно найдут, куда бы ты ни подался, так что слушай внимательно: сейчас ты едешь со мной, я расскажу отцу всё как есть, а там он уже придумает как быть дальше. Придётся тебе стать частью дома Серафимовых, иначе никак.

— А Серафимовы — это кто?

— Нет, ты точно чумной какой-то! — рассмеялся Родион. — Серафимовы — это моя семья, а дом Серафимовых — один из самых влиятельных в Москве. Понял?

— Но не такой влиятельный, как Кисловы, я верно понимаю?

— Верно! — скривился парень.

— Не успели! — в сердцах выругался водитель, ударив обеими руками по баранке.

Я увидел обеспокоенный взгляд Алексеича в зеркале заднего вида и обернулся. За нашей машиной увязалась погоня — такой же точно автомобиль мчался позади и мигал фарами, требуя, чтобы мы остановились.

— Да, Кислов точно не успокоится. Алексеич, жми! Если штраф выпишут, заплатим, зато целыми останемся.

Вторая машина неожиданно выскочила прямо перед нами и заблокировала дорогу.