Кадыр открыл дверь, вышел, не закрывая, и крикнул кого-то. Слышно было, как торопливо застучали по ступенькам каблуки. Все знают, что эмир не любит ждать, и потому на зов являются моментально.

 Зелимхан осмотрел разведчика с ног до головы. Молод. Судя по глазам, даже весел, хотя веселиться пока не от чего. Но заметно, что энергия из парня так и прет – подвижный. Наверное, в деле хорош.

 – Рассказывай.

 – Я разговаривал с парнями из джамаата эмира Дуташева… – парень и в самом деле боевой. Смущения не чувствует, не то, что большинство, с кем доводится Зелимхану разговаривать. С одной стороны, это плохо, но, в общем-то, и такие люди Кашаеву нужны. Надо получше присмотреться к этому парню и подумать, как использовать его уже без Кадыра.

 – Они знают, где ты служишь?

 Парень широко улыбнулся наивности вопроса.

 – Нет, эмир. Никто не знает, кроме отца. А так… Слухи разные ходят. Говорят, что я с какими-то московскими парнями связан. Их поручения выполняю. Я не отрицаю, но и ничего не рассказываю. Я даже, кажется, сам этому начинаю верить. Иначе я ничего собрать бы не мог. А эти парни звали меня к Дуташеву. Золотые горы обещали.

 Зелимхан повернулся к очагу и скрестил руки на груди. Минуту подумал. Неплохо было бы иметь в окружении Дуташева своего человека. Это тоже стоит обсудить с Кадыром. Несговорчивого соперника давно пора к рукам прибрать.

 – Где он сам сейчас находится?

 – Он в Грузии, лечится в госпитале ихнего Министерства безопасности. Его два раза ранили нынешним летом. Здесь долечиться не успел. Правда, говорят, скоро здесь будет. Когда – никто не знает.

 – Ранили… Дважды… Плохо стреляют. – Зелимхан сердито глянул на Кадыра, словно тот виноват в том, что эмир-соперник все еще жив. – Убили бы, и многих проблем не стало… Так что ты, согласился? – снова повернулся Кашаев к разведчику.

 – Я обещал подумать до лета, когда эмир Тахир вернется. Но они звали меня с собой сейчас. В Грозный… Говорят, Дуташев раньше вернется… А сейчас им Дуташев задание дал. Обещал хорошо заплатить, если сделают… Я сказал, что, может быть, присоединюсь к ним. Через неделю.

 – Как найдешь?

 – У нас есть общие друзья в Грозном. Через них. Они людей предупредят, и меня будут ждать.

 – Как Дуташев дает задания, если он в Грузии?

 – По телефону. У парней есть спутниковая трубка.

 – Хорошо живут. Номер знаешь?

 – Конечно, эмир. Плохой бы я был разведчик, если бы не узнал номер.

 – Какой?

 – Я записал, – вмешался в разговор Кадыр. – И номер парней, и номер Дуташева. Он оба номера узнал. Молодец.

 – Как узнал номер Дуташева?

 – Попросил трубку. Посмотреть. Удивление разыграл. Будто никогда не видел. Мне объяснили, как работает, и рассказали, сколько стоит. Я еще раз удивился. Все люди любят удивлять других. Я запомнил все входящие звонки. Там всего два номера. Дуташев и его человек в Ханкале…

 – Человек в Ханкале? – нахмурился Кашаев.

 – Да. В военном госпитале работает. Говорят, в Грозном и в Ханкале у эмира Тахира много людей. Он всем платит…

 – А что ему в госпитале надо? Хочет взрывать госпиталь?

 – Я не знаю, эмир. У меня не было повода спросить, и не вызвать подозрения.

 – Этот номер… – не договорив фразу, Зелимхан повернулся к начальнику разведки.

 – Я тоже записал.