Кот, почувствовав поддержку со стороны, завыл изо всех своих кошачьих сил и сделал отчаянную попытку вырваться, чем немало потревожил державшего его Сергея. Сердце старушки вынести такого не могло.

– Придет время, будет он вот так над вами измываться, а вы убежать и захотите, да не сможете, – неожиданно встав и как то выпрямившись, став выше, пригрозила старушка.

Вовчик усмехнулся:

– Бабуль, это ты не подумав сказала.

Он представил себе, как этот мокрый и жалкий кот хватает вдруг их с Серегой за шиворот и макает головами в фонтан. Смешно как то представилось, бабка не предусмотрела разницу в росте и интеллекте.

– Будет это, – забормотала старушка, опять сгорбилась и пошла прямиком на ребят, протянув руки к коту.

– Ненормальная, что ли, – предположил Сергей.

– Может, – согласился Вовчик. Ему стало немного жутковато от слов этой старушки. – Давай отдадим ей кота, все равно он для опытов не годится, чересчур воды боится.

– Да пусть забирает своего кота, нужен он больно, – согласился Сергей и расслабил утомленные проводящимися опытами ладони. Кот шлепнутся прямо в воду, обдав мальчишек брызгами, и поплыл.

Выбравшись из воды, животное в отместку стряхнуло с себя капли прямо на ребят и гордо проследовало к старушке. Похоже, Вовчик ошибся, и у кота проснулся таки интеллект. Он почувствовал, что там, у корявого знака вопроса, называемого старушкой, он обретет покой и защиту. Ребята же в это время развернулись на сто восемьдесят градусов и направились домой, подальше от странных бабок.

– Будет это, – бросила во след удаляющимся мальчикам старушка, – и будете вы звать на помощь, и никто не внемлет вам. Никто.

Последние слова мальчишки слышали уже, скрывшись за пятиэтажкой. Мурашки пробежали от того голоса, которым проводила ребят старушка.

– Ничего себе бабка, – оправляясь от испуга, заметил Вовчик.

– Ты слышал, что она сказала? – Серега удивился, как трудно ему удалось выдавить из себя слова. – Точно ненормальная.

– Ага.

И больше ни одного слова ребята не проронили до самого дома. И Вовчик, и Серега не только сидели за одной партой, но и жили в одном доме, только на разных этажах: Вовка на втором, а Серега на пятом.

– Ну пока, – Вовка первый вошел в свою дверь.

* * *

Этот дом был странным и страшным.

Старушка, сидевшая некогда на скамейке, как то преобразилась. Нет, не внешне: и знак вопроса остался тем же, и крючковатый нос не выпрямился. Одежда сменилась на балахон, что ли, и глаза были уже не заспанные, блестели и казались крайне сосредоточенными. И сразу все изменилось. Она стала не простой старушкой, она стала ведьмой, Вовчик это чувствовал. Крючковатые руки перебирали траву и бросали ее в большой закопченный чан, стоявший прямо посередине комнаты на трех металлических ножках. А под ним костер. Как это так получилось, что в обыкновенном доме разожгли костер, а пожара не случилось, Вовчик понять не смог. Полумрак скрывал все происходящее в доме, только часто расставленные свечи не давали окружающим предметам раствориться во тьме.

– Зверь с душою человека… – разобрал слова в нестройном бормотании старушки Вовчик. И снова непонятные заклинания. Вовчик все видел ясно, как по телевизору.

Над чаном поднялись сизые клубы и расступились, освободив небольшой круг над бурлящей жидкостью. Старушка зачерпнула оттуда ржавым ковшиком, похожим на те, что показывают в исторических фильмах, и отошла от чана. Впереди стоял стол. Почему Вовчик его сразу не заметил? Весь усыпанный горящими свечами, как торт на день рождения старика долгожителя. А посередине кот. У мальчика похолодело внутри. Тот самый кот. А в глазах у кота новое осмысленное выражение, от которого хотелось бежать долго, чтобы не видеть этого.