|
И визуализация бородавки Грузовика не особо помогала. Поэтому единственное решение, которое посетило голову Пельменя в следующий миг — дернуть хорошенечко дверь ещё раз. Со второго то раза точно должно было получиться.
Ладонь опять легла на ручку двери, сжалась в кулак. Саня переступил с ноги на ногу, сухо кашлянул. Взял упор, упершись ногой в стена. Ну и как следует рванул дверь на себя. На этот раз дверь, как гнилой зуб, цеплявшийся из всех сил остатками корней за десну, поддалась. Ну и как часто бывает с теми самыми гнилыми зубами, попросту развалилась в руках пополам. В труху. Дверная ручка осталась в одной руке, вместе с половиной двери, на которой крепился кодовый замок. А вторая половина осталась одиноко висеть на петлях. Все бы ничего, но свидетелем произошедшего стал старик, застывший прямо на пороге. Ровно перед носом которого дверь собственно и развалилась… — Ты что такое творишь, падлюка этакая?! Лицо старика от изумления вытянулось. — Эм… случайненько вышло, дедуль, — попытался оправдаться Пельмень. Старый человек как никак, уважаемый — сходу вот так на хер посылать — не с руки. — Хотел дверь открыть и малость силы не рассчитал. — Я тебе по роже как дам, не рассчитал он силы! Дед замахнулся своей палкой, о которой опирался при ходьбе, и Сане понадобилась вся прыть, чтобы увернуться от этого коварного удара. Увернулся. Костыль въехал по стене, осыпав очередную порцию штукатурки. Дед заверещал благим матом, а Пельмень просочился внутрь подъезда. Скорее, быстрее — в лифт. Дед отступать тоже не собирался — заковылял следом, прихрамывая на одну ногу: — А ну стоять, паразит, — он вложил в рот пальцы и оглушительно свистнул. — Остановись! — Я не причём, чесслово! — Пельмень завалился в кабину лифта и нажал на восьмой этаж. Дверцы начали медленно закрываться. И будь дедуля хоть малость порасторопнее, Саню бы он непременно догнал. Однако, старость — не радость, как известно. Все, что удалось старику — съездить как следует своей палкой по дверцам лифта… Вышло конечно совершенно нехорошо, да ещё и старому человеку нервы потрепало, ну как есть… Лифт медленно и словно бы нехотя поднимался к точке своего назначения, а Саня вновь начал медленно «перекатываться» с пятки на носок и обратно. От нетерпячки в смысле. Ну а дед принялся стучать кулаком в дверцы. Ну сорян, старый, вышло как вышло.
Глава 13
«Тревога и печаль Мне кажется сейчас Важнее всех моих Несбывшихся мечтаний… Тревога и печаль Могу я всех на раз Врагов, друзей моих Послать купаться в баню», С этажом Саня не промахнулся, хоть и жал наугад. Восьмой таки. Квартира за искомым номером «35» находилась в коридоре с облупленными и исписанными художествами стенами. Саня даже прочитал целый отрывок из произведения: РЕП гавно, ПОПСА пораша ПАНКИ ХОЙ ПОБЕДА НАША! Понятно. «Мастер» кстати хорошо постарался, увековечивая свой «труд» — выцарапано было так, что продиралось через побелку к самому бетону несущей стены. В остальном — кругом побелка вытерта, краска стоит дыбом и крошится где только можно, какие-то невнятный желтые разводы в уголку. Так-то самый обыкновенный подъезд образца девяностых. Пельмень вышел из лифта, перед этим направив его на второй этаж — с той мыслью, чтобы запутать буйного дедка снизу, вздумайся тому предпринять попытку преследования. А когда дверцы за его спиной сомкнулись, огляделся теперь уже как следует. |
