Саня короткими беззвучными шажками засеменил в спальню. Там его поджидало разобранная софа, на которую сверху была натянута простыня. По умолчанию некогда белого цвета, но после нескольких десятков стирок — заметно так пожелтевшая. Рядом на столике действительно горели свечи, безо всяких ароматизаторов, самые обычные белые. Окна были задёрнуты, лишая всяких шансов уличный свет проникнуть в комнату. Лампа на потолке, вернее даже больше плафон, оказалась выключена.

Неплохо подготовилась девка.

Хули не гули, как говорится.

Саня, уже уверенный в себе, лег на софу. Ловким движением скинул полотенце, отправившееся куда-то под столик со свечами. Оперся локтем на софу, положил голову на ладонь.

— Я если че уже готов, жду тебя, — сообщил он.

Светка на это раз не ответила. Ну и пусть, Пельмень натурально расчитывал произвести на девчонку впечатление — в темноте практически не будет видно его недостатков и смущающих жиров. А вот штуковину, которая как оказалась была нехилых таких размеров, как оказалось, Светка если и не увидит, то почувствует очень хорошо.

Однако ожидание постепенно затягивалось.

Саня смущенно поерзал на софе, чувствуя как пружины готовы впиться в его задницу.

Потом услышал странные смешки из другого конца квартиры. Как раз в тот момент, когда одна песня на мафоне сменялась другой.

Показалось?

Или Светку под дурью просто пробило на хи-хи. Нет же, когда Пельмень снова прислушался — смешки опять повторились. Теперь уже громче и ближе. Только Саня уже был уверен, что голосов слышится несколько.

— Свет? — озабоченно позвал он одноклассницу. — У тебя там все в порядке, а?

— Я иду! Не вставай!

Ну а дальше все пошло через задницу. В комнату вдруг ввалилось несколько силуэтов, один из которых включил потолочный плафон. Другой наставил на раскинувшегося голенького Саню объектив фотоаппарат.

Вспышка.

Шёлк.

Саня хотел прикрыться, но не успел ни фига. Во первых свет плафона порезал глаза, а во вторых вспышка окончательно его ослепила.

Послышалось жужжание, с которым выходит фотография из фотоаппарата.

Ну и лошадиный хохот.

Глава 14

«В этот вечер снова ждет тебя другой

Это он украл любовь у нас с тобой

Не ходи к нему на встречу, не ходи

У него гранитный камушек в груди»,

Громче всех ржал Ромка Глиста. Этого падлу Саня узнал сразу по его мерзкому писклявому голосу.

Вот же сукин сын. И сюда влез.

Пельмень ничуть не удивился, увидев, что именно Ромка держит в руках новомодный фотоаппарат Полароид с мгновенным проявлением снимков. И именно Глиста сделал коварный снимок Пельменя в «неприглядном виде». Всего же умников и умниц у порога межкомнатной двери собралось аж трое. Помимо Глисты Саня увидел собственно хозяйку квартиры Светку, успевшую одеться (ну понятно, че, жертва то уже заглотила крючок). А рядом с ней, чуть ли не в обнимку, увидел ещё одну свою незабвенную одноклассницу — Лизу Короткую. Эта девка считалась второй после самой Светки красавицей их класса, с меньшими формами, но, пожалуй с более милой мордашкой. Лизка была ещё одной дамочкой, которая охотно терлась вокруг Ромы, выделяя в нем альфасамца. Ну и бабки на кармане у Глисты водились с завидной регулярностью — Пельмень отнюдь не был единственным школьным лохом. Были и другие, которые охотно выворачивали карманы, пасуясь перед авторитетом Ромки.

Фотоаппарат пожужжал своё и следом выплюнул свежесделанный снимок — прямо Ромке в руки. Тот аж сиял от удовольствия, что сумел застать Пельменя врасплох в таком виде. Ещё бы, сука, целый план для этого разработал, а теперь пожинает плоды.