Технически, это светлые жнецы были плохими парнями в глазах небес, будучи изгнанными и вынужденные сгруппироваться, чтобы защитить тех, на кого охотились темные жнецы. Они спасали жизни ценою душ. Так кто делал больше добра? Я больше не знала.

Накита молчала, сканируя лица. Я не была уверена, заберет ли Тамми ее мама или она поедет домой на автобусе. - Может попытаться найти ее в школе не такая уж и хорошая идея, - сказала я. - Может нам нужно подобраться ближе, - добавила я, когда Накита ничего не сказала.

- Почему ты не попробуешь использовать линии времени, чтобы найти ее? - Наконец спросила она. - Кайрос всегда показывал мне ауру меченого в линиях времени, чтобы я по ней могла опознать его или ее.

Я скривилась. - Ауру Тамми, да? - Начала я. - Отлично. Только я не вижу аур.

- Я вижу, - ответила Накита. - Кайрос показывал мне линию времени по которой он видел будущее и аура которая смешалась с его - та что мы ищем. Мы можем сделать это, Мэдисон. - Она приняла задумчивый вид. - Могу поспорить, мы найдем ее раньше Барнабаса.

Я немного расслабилась и улыбнулась. Барнабас. Даже сейчас соперничество. - Стоит попробовать, - сказала я бодро, повернулась спиной к школе и села. Прутья забора упирались мне в спину, и трава щекотала лодыжки. Сквозь деревья на меня светило солнце. Делая вдох, бесполезный иначе кроме как для речи, я выдохнула, стараясь успокоится с помощью техники которой научил меня Барнабас. Я подняла руку и взяла камень, который был центральной частью моего амулета. Серебряные нити, оплетающие его, были теплые на ощупь, я закрыла глаза. Это амулет позволял мне видеть линии времени, и если у меня получится использовать его чтобы видеть ауры - это будет очень хорошим признаком того что я становлюсь лучше во всем этом.

Найти линии времени было просто, почти без каких-либо усилий, я нашла яркое свечение настоящего, уходящее в бесконечность. Теперь мне всего лишь нужно было найти на нем Тамми.

У каждого свой цвет или аура. Я не видела аур, но Барнабас не раз рассказывал о них, когда мы сидели на крыше и ждали восхода. Для большинства людей цвет отражал их возраст и состояние разума и мог изменяться со временем года, но у жнецов цвет показывал, на какой стороне забора отделяющего сводный выбор от судьбы находился жнец. Светлые жнецы обычно имели ауру темно-красного цвета, темные жнецы - фиолетовую, и те, кто был посередине - нейтральную, зеленовато-желтую. Когда я впервые встретила Барнабаса, его амулет был приличного темно-красного цвета. Сейчас же, он очевидно двигался в спектре, что лучше действий показывает что он начинал ставить под сомнения свои собственные верования. Сомнения у ангела были пугающей, неожиданной идеей, как если бы обнаружить, что скалы на самом деле состоят из воды.

Моя первоначальная аура была синей, или во всяком случае так когда-то сказал мне Барнабас. Сейчас она стала фиолетовой, такой темной, что фактически она была черной, благодаря моему амулету хранителя времени. Ее просто было найти в яркой линии времени, она выглядела почти как черная  дыра. Рядом со мной была Накита, задорное фиолетовое свечение, ее мысли смешивались с моими. Барнабас отсутствовал, но если бы я посмотрела ниже по материи времени, в прошлое, я могла увидеть где он был с нами. Джош тоже. Когда я успокоилась, аура Джоша прыгнула извне, присоединяясь к моей и Накитиной. Он вернулся из-за мавзолея, и мне не нужно было открывать глаза чтобы знать это.

- Она снова заглядывает в будущее? - Я слышала, как он спросил шепотом.