– О, я теперь понимаю, – горько сказал он, – когда речь идет о людях, чья смерть будет висеть на моей совести, то тогда мне нужно учиться мириться с этим. А когда это касается твоей совести, то мы должны попытаться кое‑что предпринять. Так?

Лейт спокойно посмотрел на него, и только тогда Кейн заметил напряженные морщины, скучившиеся у него под глазами.

– Ничего подобного, – проскрипел он. – И если ты хоть на минуту прикроешь свою луженую глотку, то поймешь, что в данном случае все абсолютно по‑другому. Водители грузовика не связаны ни с какой подрывной деятельностью – ни с нами, ни с «Факелом», ни с кем‑либо еще. И это установит еще простой, не причиняющий вреда допрос, после чего их отпустят на все четыре стороны. Анна Силкокс – абсолютно другое дело, и все, что она знает о «Факеле» в итоге будет вытянуто из нее – и это с ней не так‑то просто будет сделать.

– Хотя это и не значит, что Службе Безопасности удастся чертовски много от нее услышать, – вмешался Хокинг. – Кроме того, те крупицы, которые она знает, уже устарели на пять лет.

– Правильно, – сказал Лейт, – но мы не можем упускать из виду, что некоторые из этих крупиц могут быть все еще полезными, – он взглянул на Кейна, – ты больше не будешь спорить? Я не хочу, чтобы ты думал, что в этом есть что‑то личное.

Кейн сознательно разжал зубы.

– Я думаю, – недовольно сказал он. – Итак… как же мы собираемся это сделать?

– У меня есть несколько идей, – сказал комвзвода, оглядев всех, сидящих в комнате. – Дженсен, найди Реджера и попроси у него пару фургонов. Вы, Колвин и Аламзад, приступите к укреплению их кузовов и рам, особенно спереди. Хокинг, у тебя уже есть это противоядие, от выстрелов парализующего оружия, которое обещал достать нам Реджер?

Хокинг кивнул.

– Оно было доставлено еще вчера вечером, вместе с самими дротиковыми пистолетами. Чтобы собрать брюшную бомбу, мне потребуется еще несколько часов, но я думаю, что, наверное, успею к полудню. А моллюсковые мины и специальные нунчаки уже готовы.

Лейт кивнул.

– Хорошо. Это и будет твоим заданием на сегодня.

– Брюшная бомба? – Кейн нахмурился: – Что такое брюшная бомба? И что за специальные бомбы и прочее оружие ты тут снаряжаешь?

– Я скажу тебе позже, – быстро ответил комвзвода, – Мордахей, ты возьмешь Кейна и Брауна и поедешь с ними в Денвер, чтобы купить немного высокотемпературной смазки для покрытия фургонов, Реджер тебе скажет, где именно в городе можно найти такие запасы. Скайлер, мы останемся здесь, чтобы, тем временем, обдумать все детали плана и непредвиденные случайности. Питман, ты будешь нам в этом помогать.

– Я? – голос Питмана прозвучал как‑то немного испуганно. – Я имею в виду – почему я?

– Потому что ты единственный, кто остался, – убедительно сказал Лейт.

– Кроме того, ты поведешь один из фургонов, и я хочу выяснить, что ты можешь и что не сможешь сделать с этой штукой.

Питман, казалось, выпрямился на стуле.

– Я могу сделать все, что сумеет выдержать фургон, – сказал он не без гордости.

– Хорошо, – Лейт оглядел комнату. – Что ж, приступим. Я не знаю, преподавали ли в «Факеле» психотренировку для своих членов, но я сомневаюсь, что Анне удастся продержаться слишком долго. И если мы собираемся похитить ее, то это должно быть сделано сегодня ночью.

Камеры заключения и комнаты допросов занимали практически все пространство пятого здания Службы Безопасности, только единственный ряд офисов, расположенных в северной части этажа, не предназначался прямо для этих целей.