Куин скорчил гримасу, но коротко кивнул:

– Хорошо, тогда вызовите машину скорой помощи. И будь я проклят, если ему удастся улизнуть, – он повернулся к остальным. – А ну‑ка, двигайтесь к барьеру, мы подождем там, пока не появится транспорт.

– Минуточку, – колеблясь, сказал Питман, шагнув по направлению группы, столпившейся вокруг Мордахея. Охранник Службы Безопасности пропустил его…

И только тогда Кейн с ужасом осознал, что с него сняли наручники.

– Питман, – спросил он. – Что?..

– Мне очень жаль, Кейн, – сказал Питман тихим голосом, избегая встретиться с ним взглядом. – Гэлвей, у Мордахея есть кассета, которую вы хотели послушать.

– Питман! – выдохнул Колвин. – Ты вшивый, вонючий предатель. Почему, во имя дьявола?..

– Потому что у меня не было выбора! – выкрикнул Питман, став на колено рядом с неподвижным Мордахеем. – Совсем никакого выбора. И если вы проклинаете меня, то проклинайте и Рекриллов – это они со мной сделали. – Его рука юркнула под рубашку спецназовца, скрывающая под собой пластичную броню, и через мгновение появилась с кассетой.

– Да, хорошо, я проклинаю Рекриллов, – гневно крикнул Колвин и, прежде чем его остановил солдат Службы Безопасности, успел сделать один шаг вперед. – Но сколько же денег они тебе предложили, что ты не смог отказаться…

– Заткнись! – пропищал Питман, вскочив на ноги и развернувшись. Его рука с зажатой кассетой замахнулась в броске…

Гэлвей остановился перед ним, ловко выхватив у него кассету.

– Успокойся, Питман, – сказал он, и даже сквозь туман тотального недоверия Кейн почувствовал в голосе префекта необычные нотки сожаления. – Теперь все кончено. Все кончено.

– Только не теперь, – мягко сказал Лейт. Его голос был спокоен, но в глазах полыхал смертельный огонь. – Только не теперь. Но ты еще заплатишь, Питман. Я клянусь.

Над головой внимание Кейна привлекло какое‑то движение: промелькнула неясная тень и приземлилась скорая помощь. Она села на тротуар рядом с Мордахеем, медбрат внутри распахнул заднюю дверь и вскоре появился снаружи, заспешив с носилками под мышкой к стоящим вокруг распластавшегося Мордахея солдатам.

– Вы трое – поедете вместе с ним, – сурово проинструктировал Куин трех охранников, когда Мордахей исчез в утробе скорой помощи.

– Но тогда там не хватит места для меня, – протестовал медик.

– Но ты же только что сказал, что сейчас ты ничего не можешь поделать,

– возразил генерал. – В любом случае, ты будешь там через пять минут.

Врач скорчился, но он хорошо знал, что лучше не спорить. Он прошел мимо трех охранников и медбрата, который подогнал охранников и сам исчез внутри летательного аппарата, закрыв за собой дверь. Скорая помощь взмыла в небо, и Куин снова переключил свое внимание на остальных.

– Я уверен, что все вы не настолько глупы, чтобы выкинуть нечто мелодраматическое, – сказал он практически обычным разговорным тоном.

– Не беспокойтесь, – сказал ему Лейт все тем же мягким голосом. – Никто из нас не собирается умирать до тех пор, пока мы не позаботимся о вас.

– Я в этом уверен, – сказал Куин. – Лейтенант, вызовите транспорт. И проинструктируйте следователей, чтобы приготовились к допросу.

Кейн онемело проследовал к баррикаде. Питман – предатель, Мордахей находится на краю жизни и смерти… схвачен Лейт.