Валерия при этом чуть не застонала от досады. Такие нежности в такой неподходящий момент! Неужели не чувствует, что она на взводе! И этот человек собирается консультировать людей, испытывающих моральные перегрузки! Для этого прежде всего надо их чувствовать! Людей! Или это слепая любовь проявляет коварство? Становится надежным щитом между реальным человеком и его проекцией в сознании влюбленного. Оттого спроецированный образ получается идеальным. Слишком уж идеальным. Но когда этот щит изнашивается от времени, в нем образуются дыры. Им уже трудно обороняться. Зато нет никаких иллюзий. Мужчина, сидящий за водителем, напряженно смотрит вперед. Делает вид, что не замечает маленьких нежностей влюбленной пары. Это уже мазохизм. У сильных людей он может вылиться в агрессию. Она в курсе, хотя и не слушала лекций знаменитого профессора. Она просто жила.

— Лера? — тронул ее за руку маленький герой.

— Скорей бы мы уже приехали! — вырвалось у нее.

— Напрасно ты так торопишься, — насмешливо заметила Соня. — Я же знаю, что права! И меня удивляет, почему ты вообще решилась поехать? Не боишься? Нет, ты скажи! Не боишься?

— Я же говорил, что может понадобиться моя помощь, — взволнованно сказал Саша. — Соня, вы в порядке?

— Вполне!

— Скоро приедем, — сообщил сидящий за рулем оперуполномоченный. — На ту Вторую Парковую улицу, которая обозначена на карте. Но не факт что на ту, которую помнит наша больная.

— Я не больная! Сами вы… Сейчас должен быть магазин «Продукты». Справа. Огромный магазин, где мы с бабушкой покупали свежий хлеб. Каждый день. А потом…

По правую сторону показался супермаркет. Рядом витрина магазина «Свет»: переливающиеся хрустальные люстры с подвесками, парочка элегантных торшеров, замысловатые бра. Потом вывеска китайского ресторана.

— Ну и что? — с вызовом сказала Соня. — За два года все могло измениться! Бабушки давно уже нет в живых.

— Номера домов идут по возрастающей, — заметил Жуков. — Если же следовать логике, то тихий маленький дворик может быть только за домами, фасады которых выходят на проспект. Надо выйти из машины и спросить у прохожих.

— Надо свернуть в следующий переулок, — уверенно сказала Соня. Валерия при этом слегка напряглась.

— Я все-таки спрошу. — Оперуполномоченный притормозил у обочины и вылез из «Москвича». Остановил старушку, из сумки которой выглядывал длинный итальянский батон. Когда вновь уселся за руль, заметил с удовлетворением: — Да, направо. Значит, вы здесь были, Соня?

— Ну конечно!

— Это могло быть простым совпадением, — заметил следователь.

— Сколько она вам заплатила? — тут же отреагировала Соня.

— Девушка, если вас это устроит, Олег Максимович, начиная со вчерашнего дня все время был у меня на глазах. Факт передачи взятки не прошел бы мимо меня, — слегка осадил Соню оперуполномоченный.

— Валентин! Не стоит.

— Вы оба замазаны, — констатировала Соня. — Я дойду до главного начальника. Выведу вас на чистую воду.

Машина въехала во двор. Водителю пришлось еще разок поинтересоваться у прохожего по поводу дома за номером десять. Соня же торопливо говорила:

— А сейчас надо свернуть налево! Объехать это строение! И мы увидим хоккейную коробку! Вот!

За поворотом оказался новый дом. Семиэтажный. Никакого маленького уютного дворика не было. Рядом с грудой бетонных плит и отходами строительства рабочие в оранжевых касках возводили нечто, похожее на торговый комплекс.

— Ну и что? — вновь спросила Соня.