Это если заниматься всерьез боевым обучением и слаживанием приданного мне отряда, тогда без потерь не обойтись.

Но для меня это на самом деле просто повод познакомиться с новыми гвардейцами, дать им посмотреть на меня в боевой обстановке, увидеть вблизи, как я воюю и потом, естественно, так же одарить их собранными трофеями как следует.

Трофеи должны обязательно найтись хотя бы в одной Башне, а лучше всего совершить небольшой выход на еще более дальний север и там поискать тайники. Это займет два-три-четыре дня, что после уничтожения последнего Мага совсем не критично, но я сам познакомлюсь с прежде мне совсем незнакомыми Башнями, проверю их подробно и обстоятельно.

Есть в этом определенный смысл, так как там могут найтись новые тайники и еще что-то интересное. Может и ничего не найтись, тогда засчитаем просто как боевой выход в особо сложных условиях.

А подчиненным скажу, что есть подозрение на то, что кто-то из выживших Магов прячется именно там.

И так уже почти вся Гильдия знает меня с отличной стороны, еще примерно триста гвардейцев могут только хорошее про меня сказать, как правильного командира и хозяйственника, щедро и честно раздающего трофеи. Поэтому шесть десятков новых гвардейцев тоже будут мне не лишними в этом походе на Север, чтобы оценить разницу между моим командованием и своими начальниками.

Уже триста пятьдесят гвардейцев из шести сотен окажутся хорошо знакомы со мной, а это больше половины всех вооруженных сил Астора.

Поэтому я добровольно вешаю себе на шею два взвода без лошадей, еще беру осьмицу Охотников, в этот раз со мной идет только Крос, Драгер остается дома с семьей. Еще добавляют мне в отряд Торка и Учителя, чему я только рад, раз Генс остается готовить Гвардию к стычкам со степняками.

Ну, лично он самый крутой на мече и копье во всей Гвардии, имеет солидный авторитет в отличии от остального начальства.

Ведь по слухам из Астрии княжеский город держится в осаде из последних сил и может быть взят со дня на день сильно превосходящими силами кочевников.

Поэтому и мне стоит поспешить, чтобы к этому времени вернуться в Астор с победой и известием, что на Севере теперь остался только безопасный тыл. И рудникам с дорогами до них больше ничего не угрожает вообще, что можно начинать прокладывать короткую дорогу.

В крепости, которая закрывала проход из Астрии в Черноземье давно уже никого нет из гвардейцев. Какой смысл держать там гарнизон, когда степняки при первом желании обойдут горы вдоль побережья и окажутся в тылу крепости?

Все думают, что уже обошли и вскоре окажутся где-то рядом с Помром.

Я бы уже приказал жителям таких далеких сел выдвигаться со всей скотиной под защиту Протвы, пока еще есть мост и можно спокойно перейти на нашу сторону.

Вот поэтому там никого, кроме степняков, и нет теперь в крепости, больше из Астрии никому в нашу сторону не убежать, все оставшиеся или погибнут, или станут рабами степной орды.

И еще неизвестно, как оно лучше. Как себя будут вести степняки с пленниками и рабами — информация пока самая разнообразная, в основном из уст беглецов. От тотального уничтожения до вполне нормального обращения, уже как со своей собственностью.

Думаю, что обложат земледельцев налогом, а дворянство или упразднят, или заставят эти налоги самих собирать.

Впрочем, дворяне Астрии — это несгибаемые воины, они скорее всего погибнут до одного, чем примут ненавистную власть орды. Там уже ненависть к степи с младых ногтей воспитывается, так что полягут дворяне все до единого, а их семьи здесь не дождутся своих мужей, сыновей и отцов. Будут как-то привыкать к жизни среди простолюдинов, выдавая своих смазливых, холеных дочек за самых успешных из них и понемногу пробираясь к власти.

Что же, нам ни те, ни другие не союзники, прошло это время, поэтому рассчитывать город может только на свои вооруженные силы и многочисленное ополчение.