Кроме одной-двух Башен, специально оставленных для приманки.

Поэтому наши не уничтожат третью Башню перед уходом к первой, а просто оставят ее стоять совсем пустой.

Но и мне теперь придется на осьмицу больше времени блуждать по каменистому Северу, доделывая оставшиеся проблемы.

Со мной идут Драгер с Кросом, что вполне понятно, они мне нужны, да и сами хотят еще раз пройти дорогой славы.

С ними половина Охотников и взвод гвардейцев с одним из командиров, которого мне подсказал взять с собой Драгер.

— Этот из вояк самый толковый, — заметил он мои раздумья по этому поводу. — Хотя конечно и он — совсем не Охотник.

Обычное такое недоверие гильдейских к гвардейцам, особенно когда нужно шагать по лесу.

Идем быстро и успеваем дойти до заброшенной Башни уже в ночи при свете факелов.

Там ночуем, еще раз поутру обыскав местность. И опять находим двух молодых девок, затаившихся в тот раз от каторжников и прочих вооруженных людей. Парни разглядели свежие следы на примятой траве и то, что недавно жгли костер рядом с Башней.

Девки сочные и миловидные, но гвардейцы уже так на них слюньки не пускают, и в Черноземье подросла солидная смена молодежи. Все равно конечно выступают молодые парни этакими героями, но уже так сразу, как раньше, девок не делят и жениться не готовы.

— Чего убежали то от всех? — спрашиваю я приведенных под мои командирские глаза девок.

— Так это, уроды эти нас сразу лапать начали и все рассказывали, что с нами сделают в Башне. Вот мы отстали от обоза перед ней и в лесу спрятались.

— А нас не видели, что ли? Как мы всех ваших забрали с собой? — недоумевает командир взвода.

— Так мы вас не знаем, — отрезают обе девки сами сразу.

— И как вы тут собрались выживать? — стало мне интересно.

— А мы два мешка с плодами и зерном с телеги украли! На них и собрались жить! — с гордостью заверяют обе дурехи.

Ну, это для нас они дурехи, что не понимают, ведь мы им добра только желаем и насильничать не станем. Они-то этого не знают, конечно, поэтому прячутся от всех.

— А дальше, когда мешки закончатся? — продолжаю я.

Дальше видно, что девки об этом не думали еще, сначала спасали свою честь.

Потом оцениваем Башню и приходим к мнению, что придется сжечь укрепление.

— Ее легко снова для жизни восстановить, поэтому поджигайте, — командую я. — И так придется какое-то время ждать, пока прогорит.

Башня активно горела четыре часа, мы терпеливо отдыхали, как следует позавтракав. Потом залили водой тлеющие останки внутреннего убранства и вытянулись в колонну.

Спасенные от одиночества подруги-беглянки весело бредут рядом с подводой, активно стреляя глазами на молодых воинов и уже понимая, что попали к хорошим по жизни людям.

Еще один дневной переход, короткий ночлег в лесу, и мы оказываемся около Башни Штольца, где нас встречает дозор гвардейцев.

Видно по их лицам, что есть плохие новости, но воины ничего не рассказывают, а просто провожают нас к Генсу.

— Один отряд разведчиков пропал в пустошах! — сразу же озадачивает меня он. — Два дня назад должен был вернуться и до сих пор нет. Все остальные пришли, а они — нет!

Вполне понятный результат, наткнулись на Магов или случайно, или в ловушку попали, что вернее всего.

Смотрит на меня с большой надеждой, типа, что я сейчас достану из кармана правильное решение и сниму с его плеч серьезную проблему.

А ведь его просто нет. И воинов уже нет в живых, это в лучшем случае. Попали они в засаду и очень им повезло, если все на месте погибли. А не претерпевают сейчас все новые и новые пытки, пока Маг тянет из них знание произошедшего с его братьями.

Я смотрю на встревоженное лицо заместителя начальника Гвардии и понимаю, что не могу ничем помочь ни уже мертвым или еще мечтающим умереть воинам, ни самому Генсу.