Я поднимаю голову на всякий случай, не видно где ли врага. И продолжаю лить ману по очереди на колено и живот, останавливаю сначала кровь и потом продолжаю лечение.

Наши рванули добивать Крыс, если сейчас Маг по ним долбанет даже слабеньким умением, то не все, но кто-то погибнет. Но я искренне надеюсь, что ему сейчас не до активной войны. Если выжил, то уносит ноги, препадая ниц перед моей невероятной мощью и оружием, которому невозможно противостоять.

Успел я зацепить в самые последние секунды старого Охотника на этом свете, хотя он уже явно настроился помереть героем.

И из ноги крови много вытекло, и рана в животе большая оказалась, не знаю сколько маны потратил, но не меньше десяти процентов точно.

Живой, но очень слабый Ятош остался лежать на каменистой земле, теперь его придется на нашей лошади везти. Которая тоже пока не очухалась, с сильно задумчивым видом валяется на боку, приходя в себя после удара маной.

Животные вообще такие вещи тяжелее переносят, чем люди, психика у них не такая резиновая.

Наши добили Крыс, я сказал готовить Ятоша к перевозке.

— Со мной никому не ходить! Генс, если я найду его, я тебя позову.

Приятель кивнул, рассматривая скалы. Где-то там остался Маг, но вот в каком именно виде остался?

Сначала я добрался до разрушенного козырька, но там никого под толстым слоем камней не видно и зашагал дальше.

Все равно придется подняться повыше, где-то у Повелителя здесь лагерь должен быть. Прислуга, палатка, лошади и все остальное, хорошо бы их найти сразу. Хотя не факт, что здесь рядом, могли враги нас издалека заметить на плоской поверхности пустошей и прийти к месту засады заранее.

Прислуга сидит сейчас тихонько и только морды лошадям зажимает, ожидая с нетерпением, когда Повелитель вернется. А он и не вернется, что скорее всего, остались они совсем одни на этом свете. Зато и Крысы теперь их не съедят. Пока лагерь второй Маг не разыщет, поняв, что последний оставшийся в живых брат по конклаву перестал выходить на связь. Наверняка, что о своем местонахождении они друг другу все подробно рассказали, так что точно найдет и возьмет под свою руку.

Но сходиться не стали, наверно разные позиции заняли, ожидая теперь новые поисковые отряды.

Стоя наверху пока ничего не вижу, наши поднимают лежащую лошадь и подводят ее к Ятошу. Остальные заканчивают трофеить Крыс насчет оружия и ждут моей команды.

Мага все равно не видно, можно было бы уйти, но получить четкое заключение, что седьмого Мага мы все-таки достали — это очень важно и для меня, и для Генса. Весомейшее достижение для всего Астора, честно говоря.

Один оставшийся Маг — это вам не два живых Мага! Выворачиваемых от лютой ненависти к жалким людишкам, заставившим их позорно удирать, бросая все честно нажитое за многие года.

Поэтому я прыгаю с камня на камень, поднимаясь все выше, не вижу никого до сих пор, но поиски не прекращаю. Здесь многое зависит от точки места зрения, поэтому придется пробежаться подальше, чтобы заглянуть за ближайшие складки местности.

Так я ушел метров на пятьсот по склонам, потом еще на километр, разглядывая окрестности в бинокль. Настоящие горы начинаются в паре километров, но туда я все же не пойду, хорошо видно, что тропинки, по которым сюда можно забраться и самое главное, что получится завести лошадей — они на этой высоте заканчиваются.

Так я прошелся в обе стороны по километру и начал все же возвращаться к своим. Нужно сегодня добраться до ближайшей Башни, чтобы там переночевать.

Найду я лагерь Мага или нет — не так важно, если он погиб.

Но вот обнаружить место его смерти или просто тело не получается, это нужно целую операцию проводить с перемещением здоровенных глыб в разные стороны. Никому это не нужно, а для нас и вообще невозможно.

— Скажем, что засыпало его глыбами? — обращаюсь я к уже ждущему меня на месте расстрела каменного козырька Генсу.