Я встал, и поднял с пола чайник. Там еще оставалось немного воды, и я жадно приложился к ней, пока не выпил всю. Потом оглядел комнату. Ну и разгром!

Обои выглядели так, будто по ним прошлись автогеном, а потом попытались оттереть тряпочкой. Бархат подлокотников дивана из темнокоричневого стал черным, да и вообще перестал быть бархатом. Гитара, валяющаяся на диване, потемнела, а на ковре единственным уцелевшим местом был след тапочка. Моего тапочка, то место, где я шагнул вперед - на бело-голубую стену. Я осмотрел себя. Рубашка носила явные следы попыток вещего Олега предать ее пожарам вместе с неразумными хазарами, джинсы выглядели чуть лучше. Что удивительно, что руки - да и весь я, судя по ощущениям, вовсе не были обожженными, как все остальное в комнате. Даже волосы были на месте, хотя за них я опасался больше всего.

Я повернулся к окну. Вот это номер! Стекол не было, не было даже осколков, торчащих в раме или рассыпанных вокруг. А за окном было небо, небо с перистыми облаками вдалеке. Не было даже тополей, обычно высящихся перед окном, шелестя на утеху природе - не было ничего, кроме неба и облаков. Я высунулся в окно - не было и горизонта. Небо уходило вверх и вниз, во все стороны было лишь небо. И карниза под окном не было - на его месте был закругленный срез бетона.

Я уже был уверен, что в мой дом ударила молния.... Но - молния украла у меня землю? Или - меня? Я подскочил к двери комнаты, и толкнул ее. За дверью было небо... Точнее, было около метра коридора с полочкой для обуви и зеркалом, а потом - как будто срезано все по дуге невероятно острым ножом. Даже старый ботинок, которым я подпирал дверь, лишился задника и каблука.

А за срезом было все то же небо. Точнее - вид сбоку. Ну да какая разница - небо не меняется, с какой стороны ни смотри. Я закрыл дверь, и сел на диван, закрыв руками лицо. Что это? Продолжение бреда про чайник, сон, или - реальность? Бывает ведь, когда во сне "просыпаешься" от другого сна... И я решил поспать. Утро вечера мудренее, хотя кто знает - что сейчас за время суток. Будильник остался на украденной кухне, а комп, похоже, умер совсем.

И я завалился на диван, проваливаясь в бредовые сны про чайники, скачущие ботинки, и огненные стены...

Найди здесь ключ, что в сердце мира,

Открой им дверь, что ведет в неизвестность.

Нырни туда, не зная, что будет,

И падай - падай целую вечность.

Я проснулся, все еще помня странный сон, в котором я с комнатой оказался в глубине бесконечного неба. Поднялся, и чуть не взвыл, когда убедился, что бред вовсе и не собирался уходить - все так же синело за окном небо, только перистые облака потеряли свой фрактальный порядок, и стали просто бесформенными тонкими облаками, стекол не было, и комната все так же была похожа на прошедшую сквозь очищение огнем.

Зачем-то начал приводить все в порядок. Взял газету, и стал стряхивать на нее пепел с подлокотников дивана - я знал, что это уже не имеет смысла, что без воды и пищи я все равно жить здесь не смогу но продолжал заниматься уборкой, жалея, что уже нет веника. Или есть? Я приоткрыл дверь и убедился, что кухню мне никто возвращать не собирается. Так и выбросил пепел за дверь - вместе с газетой. Газета сначала поплыла от двери, затем стала сползать вниз, и, в конце концов, исчезла где-то подо мной, затянутая под мой маленький мир неведомыми силами - ветра не было.

Я размахнулся, и бросил вперед половину ботинка. Она полетела, кувыркаясь, как и положено уважающему себя ботинку с его чудными аэродинамическими свойствами, вниз по дуге. А где-то, метра на два ниже пола, ботинок решил, что он - бумеранг, и, все так же кувыркаясь, полетел обратно. И тоже исчез где-то подо мной, свернув немного в сторону, как и давешняя газета.

Я вернулся в комнату, не закрывая дверь, и попытался включить комп.