А вообще мне прогулка пришлась совсем не по душе. Мы шли, будто муравьи, среди баобабов, окружённые этими огромными бетонными колонами. Почему-то каждый раз я ожидал, что появится кто-нибудь типа титана из одного мультика и попытается нас сожрать.

Если без шуток, то у меня, кажется, действительно мегалофобия развилась с этими вечно огромными местами. Я просто начинаю ловить себя на мысли, что оглядываюсь постоянно, выглядывая каких-нибудь огромных монстров.

Интересно ещё то, что чем ниже мы спускались, тем больше было открыто проходов. Вскоре уже буквально в каждом столбе встречались по пять, шесть и больше проходов внутрь, куда можно было заглянуть. Здесь действительно было, что поисследовать.

И около одной из таких колонн, не доходя до дна, мы и остановились.

— Здесь?

— Да.

— И мы не будем спускаться ниже? — поглядел я туда, где сгущался фиолетовый туман, больше похожий на тьму.

— А ты очень хочешь?

— Нет.

— Тогда идём. Скоро будет смеркаться, и совсем ничего видно не будет.

Он осторожно достал из бездонной сумки лампу, напоминающую масляную, однако фитиль ему зажигать не пришлось, она сама вспыхнула, разгоняя темноту. И мы вошли внутрь. Коридор вызывал странное ощущение нереальности, всё было таким ровным, таким… без стыков, будто не созданное людьми.

Впереди шёл Бао, подсвечивавший дорогу, следом за ним шаг в шаг двигался я, невольно оглядываясь во тьму, которая густела за моей спиной.

Сейчас я понял, что он имел ввиду про карту.

Внутри этих бетонных столбов был целый лабиринт. Коридоров и развилок было просто настолько немерено, что без карты ты хрен на что выйдешь. Несколько раз мы попадали в какие-то залы, некоторые из которых были многоэтажными, с балконами. Спускались по лестницам, петляли, выходили на всевозможные перекрёстки…

Всё это время я не отвлекал Бао, понимая, что он сосредоточен на карте, которую держал в голове. Так собьётся, и мы тут плутать будем до скончания времён.

Теперь понятно, почему здесь не все артефакты успели вынести. Если в каждом доме такие лабиринты и причём во всю высоту этих башен, плюс под постоянным давлением то ли барьеров, то ли неведомых сил, чтобы обследовать всё, потребуется просто дохрена времени. И очень легко что-то да упустить.

Мы шли около часа, наверное, то поднимаясь, то спускаясь вниз, пока наконец не дошли до винтовой лестницы вниз. О том, что здесь давно никого не было, говорила пыль на ступеньках, на которой оставались следы, как на снегу. За это время, что мы здесь были, Бао успел умять уже десяток пилюль.

— А мне пилюли будут? — негромко спросил я.

— Так ты же имеешь иммунитет.

— Да, но у меня есть маленький енот. Вдруг его тоже давит?

Он удивлённо посмотрел на меня, после чего беззвучно рассмеялся.

— А ему-то зачем?

— Вдруг ему будет плохо?

— Так он же животное, пусть и демоническое. На него пилюли не подействуют.

— Ты что, завёл нас в жопу и не подумал о моём еноте?! — ужаснулся я, после чего повернул голову к сумке за спиной. — Зу-Зу, ты как там?

Из сумки высунулся мокрый нос, который тыкнулся мне в щёку, после чего лизнул и спрятался обратно.

Отлично, всё норм.

Лестница вывела нас в огромный коридор, похожий на прямоугольные штольни, которые убегали в непроглядную тьму.

— Это и есть катакомбы? — спросил я у Бао, который весь взмок.

— Не совсем, — шёпотом ответил он, — но эта система ходов соединяет часть домов древних.

— Вот уж точно у людей было слишком много свободного времени и сил…

Он повёл нас вглубь штолен. Как выяснилось, ещё и в них было немало проходов. В один из них мы и вошли, выйдя к ещё одной лестнице, которая убегала вниз.