Но да ладно, забрал я поджелудочные соки императора песков, после чего поднялся вместе с Императором песков обратно в зал, где нас ждала одна из его дочерей, которых я выбрал.

— Здесь наши пути, соприкоснувшиеся на мгновение, расходятся. Забирай мою дочь, и иди своей дорогой, чужак с поверхности. Если найдёшь того, кто захочет скрестить свою судьбу с судьбой моих дочерей, приводи его, мы будем щедры на дары.

— Конечно, Император песков, — поклонился я чудовищу.

Только меня интересовал вопрос — он будет щедр на дары к тому, кого я приведу, или мне, как человеку, который нашёл лоха?

— А теперь иди.

И огромной рукой он подтолкнул в спину свою антропоморфную дочь, которая была больше остальных похожа на человека. Я до сих пор не мог понять, какого чёрта она слегка расплывается перед глазами, однако сейчас это было и не сильно важно.

Да только доча его не сильно и горела желанием уходить. Она что-то застрекотала, жалобно-жалобно, бросилась обратно к бате, который пару раз раздражённо отталкивал её от себя, словно надоедливого щенка. А под конец и вовсе подхватил за руки и обмотал в паутину, после чего протянул мне.

— Прежде, чем выпустить, отнеси её как можно дальше от нашего города.

— Вы не сильно жалуете своих дочерей, да?

— Вот будут у тебя дочери, тогда и осуждать меня будешь, — недовольно, я бы даже сказал, агрессивно, ответил он после чего застрекотал, позвав сюда одного из своих слуг. — Он проведёт тебя на поверхность.

И вот теперь мы медленно двигались за сопровождающим по бесконечным туннелям, которые будто были созданы для того, чтобы любой неприятель, сунувшийся сюда, заблудился.

Вообще, изначально я думал, что будет хуже, если честно. Куда хуже. Что придётся сражаться с тварями, потом выйти один на один против огромного босса и так далее. Но на деле всё получилось куда спокойнее: пришёл, поболтал, обзавёлся девушкой, вернулся. Хотелось бы, конечно, обойтись без третьего пункта, но тут уж как повезло.

Бедняга внутри кокона недовольно и очень грустно стрекотала и дрыгалась, пока наконец не осознала безнадёжность своего положения и не успокоилась. На всё это представление наш сопровождающий реагировал… никак, продолжая уводить нас в глубины бесконечных лабиринтов.

Сначала я не совсем понимал, куда нас ведут, так как мы шли иным путём, но потом туннели начали подниматься вверх, и я выдохнул с облегчением.

— Ты заметила? — негромко спросил я Люнь, когда мы плутали по коридорам.

­— Что именно?

— Будто кто-то пытается покопаться в нашей голове.

— Эм… — она задумалась на мгновение, прежде чем ответить. — Нет, ничего не чувствую, а что?

— Похоже, наша подружка умеет немного в телепатию, — подкинул я на плече кокон. — И теперь то ли пытается наладить связь, то ли залезть в голову и понять, что её ждёт.

— Это тебя беспокоит?

— Нет, но… Я вот что подумал, ты видела её?

— Девушку? Ага, видел, — кивнула Люнь. — Приятная и очень похожая на человека.

— Вот, очень похожая на человека, да. А ты заметила, как она расплывается? Словно ты смотришь заспанными глазами на неё.

— Ну да, немножко, — она на мгновение задумалась, прежде чем ухватить суть, к которой я веду. — Ты думаешь, что это тоже иллюзия?

— Что-то типа да. Если у них в семье, если так это можно назвать, есть телепаты, то что им мешает не только разговаривать на расстоянии или читать мысли, но из заставлять других видеть то, что они хотят?

— Как… как картинку, которую они держат в руках?

— Да, нарисовала картинку и повесила на себя. И все, кто в зоне её телепатического действия, будут видеть не её реальную внешность, а то, что она нарисовала, грубо говоря, и теперь транслирует другим.