– А что с прежним? – послышался робкий голос из толпы.

– Кто там что-то спросил? – зло отреагировал новый менеджер. – Я, кажется, никому слова не давал, – осек он одного из сотрудников учреждения.

– С этого дня мы будем работать по-новому. Профиль организации остается прежним, но работы прибавится. – Что касается вашего прежнего руководителя Марчука, то с этого дня он здесь не работает и ищет себе другую работу. Исполнительным директором временно назначается адвокат Олег Кравцов. Он будет заниматься вопросами собственности и проведет с каждым из вас собеседование, – самодовольно заметил Балаян. – Нам нужны нормальные работники. Любое опоздание или дуракаваляние на работе будет квалифицироваться, как саботаж. – Да, кстати, – после некоторой паузы продолжил разговор новый директор, – я не потерплю, если кто-то из вас попытается испортить реноме нашей фирмы. Ну, я имею в виду всякие сплетни, разговоры, – это ни к чему. Чтобы в корне пресечь любое словоблудие, скажу, что у вашей фирмы не было шансов на выживание. А теперь они у вас появились. Но мое расположение надо завоевать кропотливым трудом. Вопросы есть? – подытожил Балаян.

Наступила гробовая тишина, которую прервал сам же новоиспеченный руководитель:

– Да, кстати, кто не согласен со мной и нашей новой политикой, может увольняться – никого не держим! Если нет вопросов, можете быть свободны. А завтра в 7.50 жду всех на общей планерке.

При себе иметь планы научных разработок за истекшие три года. Да и еще, – Бабкен Мушегович остановил выходящих из помещения людей. – А кто здесь Барулин?

Однако вопрос остался без ответа. И после нескольких секунд паузы Балаян перешел на крик. – Я что, должен повторять?! – закричал он так, что несколько слабонервных сотрудниц «Фармацеи» упали в обморок.

– Ну, я Барулин – из плотного полукольца своих сотрудников вышел мужчина и спокойно посмотрел на вызвавшего его человека.

– Ты пойдешь с нами, остальные могут идти.

В одном из известных московских залов для прессы было необычайно многолюдно. На красных мягких и удобных креслах расположилось около полусотни журналистов. Пишущая и снимающая братия собралась здесь задолго до открытия пресс-конференции, предавшись кулуарным разговорам, среди которых был самый главный – о роли структур Аганесяна в нападении на ЗАО «Фармацея». И хотя несколько газет успели дать информацию о том, что конфликт не имеет отношения к Аганесяну, а находящееся на грани банкротства предприятие давно следовало прикрыть или найти нового управляющего, именно этот вопрос будоражил падких на сенсацию московских журналистов. Хотя его еще нужно было правильно подать или, как говорят на языке газетчиков, завернуть в хорошую обертку, и только так преподносить собеседникам.

Впрочем, вся эта разношерстная публика, пока еще ожидающая начала пресс-конференции, была приглашена сюда совершенно по другому поводу. Аганесян слыл в Москве известным меценатом, поддерживающим молодые таланты в городе.

В одном из глянцевых журналов недавно появилась статья, из которой следовало, что Аганесян в последние несколько лет выбился в пятерку главных меценатов страны. Особенно смаковали в журнале тот факт, что Аганесян построил за свои деньги школу для одаренных молодых художников, да еще и закупит для них все необходимое – кисти, краски, планшеты, – все то, что стоит немалых денег. Город обошли фотографии московского олигарха в окружении улыбающихся молодых дарований. Да и сам Аганесян не скупился на улыбки для прессы.

Впрочем, пока в зале продолжался журналистский галдеж, неожиданно распахнулись двери, в которых появилось главное лицо мероприятия. Аганесян вошел, сопровождаемый двумя охранниками в шикарных костюмах.