– Как дела, дорогой? – спросила она, подойдя к нему вплотную.

– Чудесно! – Дэн обнял ее. – Ты по мне скучала?

– Этого мне только не хватало! – улыбнулась она. – У меня полно других забот!

Дэн осклабился, подумав, что разница между ней и уличными проститутками, пожалуй, лишь в том, что Антония держится с неподражаемым шиком и занимается тем же делом из любви к искусству, а не ради денег. Секс был ее единственным любимым развлечением, как понял он за годы их знакомства.

– Какие новости? – усевшись на кушетке и скрестив стройные ноги, спросила она. – Ты уже давно здесь?

– Несколько дней, – ответил Дэн, откупоривая бутылку и разливая по бокалам шампанское. Ему неожиданно расхотелось забавляться с ней.

– Рассказывай, чем занимался! – потребовала Антония, приглашая его присесть рядом с ней. Она чувствовала себя в номере Дэна раскрепощеннее, чем он сам. Но как воспримет она его вежливый отказ улечься с ней в постель? Антония имела обыкновение подводить его к этому исподволь, но делала это целеустремленно и решительно, не оставляя у него сомнений, что она приехала вовсе не для того, чтобы выслушивать его нытье или сочувствовать его безответной страсти к Хелен Стюарт.

А он и в самом деле был от нее без ума! Встреча с ней напоминала мощнейший удар в солнечное сплетение, и притворяться, что Хелен ему безразлична, становилось с каждым разом все труднее: безумное желание овладеть ею терзало и раздирало его. Вот и сейчас ему вдруг захотелось оставить гостью и отправиться на поиски Хелен.

Антония сбросила туфли и положила ноги ему на колени.

Дэн рассеянно погладил ее тонкие щиколотки, но прикосновение к ним лишь навело его на мысль, что он еще не изучил щиколотки Хелен Стюарт. Его целиком поглотило ее точеное лицо и тщательно скрываемый душевный надлом, порой проглядывающий на нем. Интересно, спрашивал он себя, не прячется ли за холодной маской деловой дамы пылкий темперамент?

– Мне все понятно! – сказала Антония. – Итак, как ее зовут?

Она убрала свои длинные ноги с его колен и поджала их под себя. Подняв бокал с игристым напитком, Антония слегка прищурилась, и Дэн вздохнул с облегчением, заметив в ее глазах лукавые смешинки: значит, она не рассердилась и настроена дружелюбно. – Хелен, – ответил он. – Хелен Стюарт.

– Я ее знаю?

– Вряд ли, она не принадлежит к людям твоего окружения, – улыбнулся Дэн. – Разумеется, это лишь мое личное мнение. Скажи, Антония, почему ты ведешь такой образ жизни? – неожиданно для себя спросил он.

– Потому что мне это нравится! – непринужденно ответила она. – Мое увлечение может длиться одну ночь, а может затянуться на неделю. А порой даже на целый год!

– Как в прошлом году? – уставился на нее золотистыми глазами Дэн. – Кстати, куда он подевался?

– Уехал за границу. – Она спокойно выдержала его взгляд. – Для меня это стало ударом!

– Он уехал вместе с женой?

– Я не завожу романов с женатыми мужчинами, – нахмурилась Антония. – Разрушать семьи не в моих правилах. И я не стремлюсь выжать из любовников как можно больше денег, да будет это тебе известно, мой проницательный друг!

– Как его зовут?

– Пока он еще живой, мой дорогой, и должен рано или поздно вернуться, мне не хочется говорить о нем. Но раз уж ты спросил, то отвечу: его зовут Джефферсон.

– В самом деле? Так он американец?

– Британец чистых кровей! Ты мой единственный знакомый американец, Дэн.