– Сегодня вы уже лучше выглядите, – робко сказала она.

– Лучше, чем мертвец? – Он саркастически вскинул темно-каштановые брови, сверля ее золотистыми глазами. – Пожалуй, здесь вы правы.

– Администратор отеля сказал мне, что вы больны. Я думала, что…

– Что вам придется нянчиться со мной? Выбросьте это из головы, мисс Стюарт! Я силен, однако, боюсь, что под вашей опекой я протянул бы недолго. К счастью, укол пенициллина творит настоящие чудеса!

– Врач сказал, что с вами? – севшим голосом спросила Хелен, стараясь не замечать его постоянных нападок.

– Черная смерть! Вам лучше немедленно покинуть помещение.

Хелен едва не расплакалась, ощущая свою полную беспомощность перед его глазами и абсолютную неспособность ответить ему колкостью на издевку: ее острый язычок онемел, скованный ощущением вины и растерянности. Она заслужила этот сарказм и теперь покорно сносила его утонченное истязание, не в силах повернуться и уйти. Ведь нужно как-то объяснить такой поступок, ибо ей предстоит общаться с ним, если, конечно, Мартин не выгонит ее с работы за жестокость, проявленную к его другу.

Она покосилась на него, проверяя, не заметил ли он, что у нее дрожат губы. Ее защитная оболочка пока не треснула как скорлупа, но под натиском его безжалостной иронии уже была близка к этому.

– Мне очень жаль, – промямлила она. – Я действительно подумала, что вы пьяны. От вас разило бренди, и вы уснули, едва сели в машину.

– Бренди помог мне перенести полет, мисс Стюарт, – назидательно заметил он. – Зря я отказался от кареты скорой помощи. Я надеялся, что встречающий проявит ко мне сострадание. Время от времени мы все болеем гриппом, и вам наверняка известно, каково переносить на ногах это заболевание.

– Грипп? – удивилась она. – Но администратор…

– Я поставил себе ошибочный диагноз. Меня свалил отвратительный крохотный вирус. К счастью, он оказался не слишком устойчивым, и я выжил. Укол был мерой предосторожности от побочной инфекции. И хотя я довольно-таки расплывчато припоминаю, что со мной тогда происходило, но теперь очевидно, что я обязан выздоровлением вовсе не вам, мисс Стюарт, а любопытной уборщице. Ведь это так?

– Я приношу вам свои глубочайшие извинения! – повторила она. – Мне показалось, что вы пьяны.

– Ах, вот как! Значит, пьяному вы бы отказали в помощи наверняка, мисс Стюарт?

– Да! – яростно крикнула она, повернулась и пошла к двери. – Я передам Мартину, что вы заболели. Мы либо пересмотрим вашу программу, либо вообще ее отменим. Мартин вас навестит, вчера он не смог, потому что по уши завяз в работе…

Она коснулась ладонью двери, торопясь убежать от его проницательного взгляда и восстановить утраченное самоуважение. Несомненно, ей придется просить Мартина подыскать ей замену: все равно они вряд ли сработаются, потому что она уже не избавится от чувства вины перед ним, а он не простит ее. А его глаза! У нее по спине поползли мурашки и перехватило дыхание…

Золотистые глаза, следящие за Хелен, сузились и ощупали ее с головы до пят, отметив женственную привлекательность фигуры и стройность длинных ног. Эта бездушная стерва, бросившая его на произвол судьбы, в действительности оказалась не такой, какой ему представлялась. Похоже, сейчас ей самой требуется помощь. Под невозмутимой внешностью таится нечто уязвимое, загадочное, готовое вырваться наружу. Инстинктивно угадав это, он бросил ей вслед.

– Дайте мне еще пару дней, мисс Стюарт! И я встану на ноги.