— Я согласен биться на одних мечах, — сказал я, чтобы положить конец разговорам.

Агни, хоть и глуп до изумления, прав в одном — разговоры быстро надоедают тем, кто привык решать споры железом.

— Я тоже согласен, — немедленно подтвердил Харальд. Ему тоже не терпелось сражаться.

Конечно, две руки, свободные от щита, дают ему преимущество… Я уже думал о предстоящем бое, прикидывая в уме, как буду атаковать и вспоминая его стремительную, ловкую манеру рубиться. Харальд — опасный соперник…

Резвый торопливо сорвал щит с руки, отбросил в сторону. Блестел глазами из-под наличника шлема, спускающегося на нос защитной стрелкой, раздувал ноздри от возбуждения, вгоняя себя в боевую ярость.

Я тоже скинул с плеча и обрубка кожаные лямки щита, ставшие уже привычными. Махнул мечом, разминая кисть руки. Ничего, я тоже опасный противник, со щитом или без щита…

— Пусть воины сойдутся в кругу и сражаются, пока один не убьет другого! — своим громким, натруженным голосом объявил Якоб-скальд. — Я подтверждаю, что поединок начинается на равном оружии, и готов ответить за свои слова перед богами и людьми! Да будет так!

16

Я, Якоб по прозвищу Скальд, старый воин, живущий давно, много ходивший по морским и речным дорогам, много спевший красивых драпп и фольков о подвигах и героях, свидетельствую, что это был честный бой. Ярлы Рагнар и Харальд были знаменитыми воинами, они стоили один другого. Я видел своими глазами, как сражались герои, и никогда не забуду этого. Никто не забудет из тех, кто видел!

Оба соперника были в крепких, многослойных кольчугах и шлемах. Наручи и поножи защищали руки и ноги. Из оружия у каждого был только меч, так было решено всеми.

Харальд выскочил на круг быстро, стремительно, играя мечом и телом, как капля, что дрожит после дождя на листе. Рагнар выходил неторопливо, опустив меч перед собой. По сравнению с Резвым огромный конунг казался медлительным. Но я знал, что это обманчивое впечатление. Змея тоже долго лежит неподвижно, прежде чем броситься на добычу стремительным, незаметным глазу броском. Из-под маски шлема с круглыми прорезями для глаз, закрывающей лицо сверху до кончика носа, я видел его спокойный, уверенный взгляд. Мой побратим конунг Рагнар — великий воин, однорукий, как Тюр Непобедимый, и такой же доблестный!

Схлестнулись они стремительно. Харальд первым наскочил на Рагнара, и мечи встретились со звонким лязгом. Резвый для пробы метил в голову, Однорукий отбил круговым движением. Резвый все так же быстро попытался рубануть того по коленке, но и тут наткнулся на подставленный меч. Самому пришлось отступить на шаг, отклоняясь от ответного удара.

Бойцы отскочили. Снова пошли по кругу, не отрывая пристальных глаз друг от друга. Резвый опять первый не выдержал, во второй раз набежал на соперника. Снова ударились друг о друга мечи, завели между собой железный спор, звонкий и сильный. Так молот в кузне нападает на наковальню, но не может испугать ее своим натиском. Обменявшись ударами, они опять отпрыгнули в стороны, перевести дух…

Да, эти противники умели сражаться. Без щита, за которым можно спрятаться от ударов, прикрыться в последний момент, любая малая ошибка бойца стоит ему пропущенного удара. Но ярлы не делали ошибок, они оба были искусными в ратном деле. Их мечи одновременно нападали и прикрывали своих хозяев. Воины, столпившиеся вокруг и переминающиеся от любопытства, приветствовали каждый удар подбадривающими криками…

Я, Якоб-скальд, клянусь милостью всех богов Асгарда, на это стоило посмотреть! Все уже сбились со счету, сколько раз они сходились и расходились, показывая мастерство обманных приемов. Уже броски Резвого стали не такими стремительными, уже он дышал тяжело и часто, громко всхрапывая сквозь сжатые зубы.