— Я сам решу, что сказать. Только этих двух больных мы не возьмем.

— Они пойдут с нами.

— Ясно, своих не бросаете, — не преминул уесть Максима начальник патруля. — Идите сюда! — позвал он пленников.

Они угрюмо повиновались, не забыв бросить на Максима укоризненный взгляд. Они представляли себе этот процесс немного иначе.

— Все будет хорошо, — пообещал он им. — Не вы первые, не вы последние.

Небольшое подразделение бойцов выбрались из автобуса, чтобы начать патрулирование дороги пешим порядком. Их место заняли новые жители общины. Из салона доносились переговоры начальника патруля со штабом.

— … нормальные, Максим ручается… конечно проверили… люди, как люди… одна баба и четыре нечесаных заросших мужика… какой педикулез, я у них что, в голове вошкаться должен? Приедут, отправите в карантин и сами проверите… ага, понял, — начальник высунулся из окна. — Максим, садитесь в машину, мы вас подбросим. Дипломаты едут с опережением графика.

Микроавтобус просел под тяжестью еще четверых человек в полной выкладке. Зарычал двигателем, с трудом переваривающим низкокачественное топливо, и, трясясь как в лихорадке, тронулся с места. Ехать, конечно, было намного веселее, чем идти. За час одолели дневной переход. По дороге останавливались два раза, высаживая очередное подразделение. К финишу добрались налегке.

— Ладно, Макс, — начальник хлопнул Максима по плечу, — спасибо, что продолжаете служить нам.

— Кому нам? Себе мы служим, своей совести, а с вами сотрудничаем.

— Ну, — мужчина растерялся, — называй это как хочешь.

— Удачи, — Максим выбрался из салона, пропахшего выхлопными газами, и глубоко вдохнул чистый воздух. — Пароли не поменялись?

— Нет, Пегас — Комета. Не будет там никого из наших, так что стреляйте любого, кого увидите.

— Понятно, — Максим кивнул.

— И это, Макс, найдите там что-нибудь стоящее. Боюсь я этих партнеров. Как бы репрессии не начали против нормальных мужиков, кто воевать умеет, — начальник патруля озвучил мысль, доминирующую в определенных кругах военных Миролюба.

— За тем и идем.

— Неизвестно ещё, как они отреагируют на жителей, у которых родственники поражены черным спектром, — добавил он, намекая Максиму на его жену и дочь.

— Ты, Михалыч, не меняешься — как был говном, так им и остался, — Толик служил под его началом. — Тьфу.

— Но-но, полегче! — Михалыч покраснел от негодования. — Неизвестно еще, как все повернется для вас.

— Вот именно, — согласился Толик. — Пока что это мы живем свободно, где хотим, а вы прячетесь.

— Хватит, — остановил конфликт Максим. — Пройдемся по пунктам. Как только патруль доезжает до границы зоны нашей ответственности, мы отправляемся в зону. Вы ждете нас в условленном месте в пятидесяти километрах отсюда, в районе летнего кафе «Телец».

— Так точно.

— А если мы после возвращения станем другими еще сильнее, чем сейчас?

— Мы применим оружие, — пообещал начальник.

— Не надо оружия, — вмешался Кайрат. — Мы с Толиком не идем в зону. Давайте мы останемся возле кафе и будем посредниками на этот случай?

— Хорошая идея, — согласился Максим.

— Согласен, но мне придется проконсультироваться с начальством, — Михалыч потянулся к танкетке рации.