Но это лишь домыслы. Реальность была таковой – через несколько минут Миланье уже оплетали со всех сторон. Она шипела, кричала, махала ножом, ревела, но отбивалась.

Одно щупальце не могло удержать даже её тонкую ручку, не привыкшую к труду, но щупалец было много. Они оплетали её, как оплетают дерево лианы – медленно, лениво и неотвратимо. И как бы ни рычала в испуге и ненависти Миланье, в этом бою верх одерживали существа с щупальцами.

Победили дружба, напор и бесстрашие.

Ровно до того момента, пока не подоспела тяжёлая артиллерия.

Ревя, Миланье вновь занесла заляпанный синеватой кровью кинжал над головой. Её оплели уже по грудь и теперь пытались утащить в воду. Но в этот момент её руку поймала ладонь, большая, крепкая и сильная.

Без особых проблем Кент отобрал из её ладошки свой нож, после чего быстрыми движениями начал срезать с перепуганной девчонки щупальца.

Осьминоги. Любой человек, мало-мальски знакомый с фауной собственной планеты, смог бы опознать в этих существах обычных осьминогов. Единственное отличие от земных – эти выползали на берег. Растяни их за щупальца, и они будут около полутора метров в длину, высотой же в половину метра и куда слабее своих собратьев, хотя липнут куда сильнее.

По-настоящему опасность от них была минимальной. Только если вот так, как сам Кент, уснёшь на берегу. В противном случае от них можно было спокойно отбиться или уйти. Эти животные не были чем-то новым для него и встречались уже не раз. Максимум проблем, если прилипнет к ноге своими щупальцами, и всё. Они были чем-то схожим с обычными речными раками, что водились в водоёмах его родной планеты.

Правда, как оказалось, для ребёнка они действительно могли представлять опасность. К тому же ночью они становились удивительно активными.

Кент без каких-либо огромных усилий хватал щупальца, обрубал их и пинком отбрасывал этих осьминогов в стороны, освобождая демонёнка. Та, вся зарёванная и запачканная, всё тянула к нему руки и норовила ухватиться, не понимая, что будет ему только мешать освобождать её. Потому он нетерпеливо их отталкивал, а она вновь испуганно пыталась прицепиться к нему.

Сдёрнув с неё последнее щупальце, Кент пинком отправил осьминога в воду и наконец подхватил маленькую бестолочь на руки. Та со всхлипами, уже давно продрогшая, позабыв, кто она и кто он, вцепилась в Кента, словно в спасательный плот, цепкими пальцами. На её лице был написан ужас. Прижалась, затихла. Словно затаилась, как кошка под кроватью.

Кент же…

Ему было плевать. Он взял её на руки, чтоб не потерять в темноте и чтоб её не утащили. К тому же эта маленькая… демоница проткнула своими рогами ему руку. Это самое нелепое ранение, которое только он получал. При падении в воду её рог воткнулся ему в руку.

Его пробрала дрожь. Потому что именно сейчас, дёрни она резко головой вверх, и пробьёт своим острым рогом ему подбородок до самой макушки. Тупее смерти вряд ли можно будет отыскать на этой войне.

***

Он с трудом смог отодрать её от себя.

Миланье вцепилась в Кента, как тонущая кошка, с животным ужасом, не желая расставаться со спасительным плотом. Во-первых, она чувствовала себя так в безопасности. Страх после чудовищ с щупальцами ещё не покинул её.

Во-вторых, как можно плотнее прижавшись к нему, она хотя бы немного могла согреться. Её мокрое платье даже стало тёплым от этого. Но сейчас холодный воздух негостеприимной ночи вновь заставлял её дрожать всем телом.

Миланье жалобно схватила его за руку, но он лишь небрежно вырвался из её рук. Оглянулся. Кое-что решил для себя.

- Нам нужен огонь. Хотя бы немного. Если что, вернёмся к косе. Но ночью мы без костра просто вымерзнем, это точно.

Кент не врал – температуры иногда падали здесь удивительно низко. Вот летняя ночь, а вот уже ночь глубокой осени. Вряд ли они пересекали ноль, так как льда он здесь никогда не видел, но градусов пять точно было.