И это совершенно не значило, что он доверит ей дежурство. То, как девочка себя ведёт, совершенно не значит, что она не вскроет ему глотку, если выпадет такой момент. В конечном итоге они – враги. Естественно, что лишь по своим подозрениям избавляться он от неё не будет, но и проверять на честность не собирается.

Так в нём уживались подозрительность с недоверием и жалость, которые друг друга нивелировали.

Что касается Миланье, то такие мысли даже не лезли ей в голову.

Предательство, удар в спину, обман?

Вы шутите? Еда!

Её мысли сошлись на прозрачной бумаге «целлофане», которую она увидела и в которой точно была еда. Не самая вкусная, но еда. По крайней мере именно это она выучила для себя, когда малум покормил её. И теперь, видя столько штучек в прозрачной бумаге, её живот требовательно бурчал, а сознание упёрто говорило – там еда. Даже если на еду это и не походило.

Она даже порывалась несколько раз протянуть руку или как-либо попросить, но раз за разом её останавливала гордость. Чтоб она клянчила еду после того, как он засунул ей шишку в рот! Обида не проходила, но и на то, что этот олух попросит прощения, она не рассчитывала. Такую невоспитанную свинью надо было ещё найти. Потому она просто дулась, как воздушный шарик, показывая своё недовольство и бурча животом от голода, загнанная сама собой в угол.

- Ладно, надо двигать. Может сегодня да набредём на кого-либо? – пробормотал Кент, вставая. Взял шлем и накинул его на голову. В конце концов, безопасность превыше всего.

- Невоспитанный свинтус, - тут же недовольно сказала Миланье, словно его слова послужили сигналом к действию. – Тебе не хватает такта, а я устала ждать, когда ты попросишь у меня прощения. Почему ты такой злой?!

Естественно, Кент не понял ни слова. Лишь вопросительно посмотрел на неё, вслушиваясь в тираду, которую та произнесла, и пытаясь понять, о чём этот демон говорит. Подумал, не стукнуть ли её для профилактики, если в её недовольном бормотании было что-то оскорбительное, но решил воздержаться.

- И куда мы пойдём? Я устала ходить, мои ноги не созданы для подобного. Куда ты нас ведёшь? – Миланье знала, что он её не понимает. Это была ещё одна форма попыток побесить его. Не могла ничего не делать, её просто так и тянуло капать ему на мозги.

- Я и слова не понимаю от тебя, мелочь, - поморщился Кент, с кряхтением встал, закинув рюкзак за спину, и двинулся в лес.  Так что хватит лопотать и двигаем. Не отставай.

В ответ он услышал обиженную тираду на несколько минут, состоящую из неперекрываемого потока слов, которые лились чуть ли не сплошным предложением.

- Ты заткнёшься или нет? – поинтересовался Кент.

В ответ раздалась ещё одна тирада недовольства. Ещё длиннее, чем прежняя. Она говорила, как будто стреляла из пулемёта – бесконечный поток слов, которым не видно ни конца, ни края, ни смысла. Кент не был уверен, но что-то неприятно шептало ему о том, что его поливают дерьмом. И желание ударить мелкую от этого становилось всё больше и больше. Но вместо оплеухи он достал шоколадку – решил сначала пойти с более гуманных попыток заткнуть её. В конце концов, это просто ребёнок.

Кажется.

Кент раскрыл её, разломил надвое и, уловив момент, запихнул одну из половинок Миланье прямо в открытый рот. Это было очень быстро и ловко, от чего даже маленький демон не сразу поняла, что произошло, всё ещё продолжая мычать секунду-другую уже в никуда.

Её удивлённые глаза сначала посмотрели на малума, а потом уже скрестились на своём носу, вернее, том, что было под ним.

Что… Что это?

Миланье с прозрением вытащила свой новый кляп, рассмотрела, после чего посмотрела уже на малума. Она бы сказала, на что это похоже, но приличные дамы таких слов не говорят и в туалет не ходят, а отлучаются на минуту.