|
– Постарайся не проиграть битву до того, как «Циклоп» достигнет цели, Кол, – тихо произнесла она. – Ты – единственный, от кого сейчас зависит буквально все. Без тебя нам не победить. Не забывай, что ты – часть Легиона, поэтому постарайся следовать примеру его героев. Рвись вперед, прилагай все усилия, не сдавайся. Твои люди заслуживают того, чтобы выжить и победить. Ты им нужен… И я… я тоже не могу без тебя. Воцарилась долгая тишина. Лишь где-то в глубине слышался приглушенный звук работающих импеллеров. Фрейзер держал Келли за руку, вместе они с тревогой посмотрели на бескрайнюю гладь океана. Дэвид Хоули стоял на док-платформе корабля, в тесном и неудобном бронированном скафандре он чувствовал себя крайне неудобно. Солнце едва пробивалось сквозь скопление грозовых туч на востоке. Восход играл захватывающей смесью красных и розовых красок, отражавшихся от зловеще-темных вод. В голове у капитана промелькнул мотив одной старинной песни времен докосмической эпохи Земли: «Солнце взошло, все проснулось вокруг, Моряк, берегись и будь начеку…» Легионер второго класса Юргенсен многозначительно посмотрел на Хоули, принимая сообщение по комлинку. – Последний, сэр, – доложил он. – Взвод субалтерна Ватанаки уже в воде. – Что ж, думаю, пора, – проговорил Хоули, неохотно признаваясь в этом самому себе. При разработке плана он считал, что справится, но теперь былая уверенность улетучилась. За много лет избегание ответственности превратилось у него в привычку, бороться с которой было трудно… Открылся люк. Фрейзер пересек платформу и отдал честь капитану. – Удачи вам, сэр, – произнес он. – Вам того же, – автоматически ответил Хоули. Он начал было надевать шлем, но остановился и окинул своего заместителя пристальным взглядом. – Послушай, Фрейзер… Колин… спасибо. Любой другой на твоем месте, возможно, выпроводил бы меня из подразделения еще много лет назад, да я и не стал бы сопротивляться. Но ты… ты дал мне то, что было необходимо. Пример, который напомнил, что значит быть офицером Легиона. – Он протянул руку. – Для меня было честью служить с тобой рядом, Колин. Фрейзер сжал руку старика. – Я разделяю ваши чувства, сэр, – ответил он. – Благодарю вас за доверие, которые вы питаете ко мне. Неловкость исчезла. Хоули опустил щиток и провел диагностический тест боеготовности скафандра. Так до конца и не уверенный в своих способностях командовать основным ударным отрядом, он знал, что сделает все, что в его силах. Хотя бы потому, что рядом с ним служит Колин Фрейзер, единственный из офицеров, который увидел в состарившемся ветеране Атена человека и командира. В сопровождении Юргенсена Хоули подошел к краю платформы и нырнул в воду. Отступать было уже поздно. За ним шли его бойцы… Вода оказалась прозрачной, а устройство повышенной видимости позволяло различать предметы на удалении пятидесяти метров. За капитаном следовала повзводно основная часть полубатальона. С Фрейзером остались пять разведподразделений, а шестое, оставшееся от рагромленного взвода Нармонова, оставалось в резерве. Кроме того, в отряд, направлявшийся на захват-базы, влились два артиллерийских лэнс-подразделения и все оставшиеся в живых саперы. – Сержант Франц! – приказал Хоули, переключив комлинк на канал НСО. – Самым тщательным образом контролируйте пространство. Обо всех изменениях информировать меня лично. – Пока все чисто, сэр, – ответил Франц. Сержант транспортного подразделения явно сожалел о потере своего поста, но он являлся наилучшей кандидатурой для замены Валко. |
