Направляюсь к двери слева от себя, в конце зала. Несмотря на то, что на ногах нет обуви, я не чувствую плотность и холод мраморного пола. Протягиваю руку, чтобы открыть дубовую дверь, как она в ту же секунду испаряется.

Я вхожу в небольшое тусклое помещение. Посередине стоит стол, за которым с одной стороны сидит красивая кареглазая светловолосая девушка в белой рубахе, а с другой стороны находится свободной стул.

Девушка протягивает мне руку.

Я вручаю ей бумагу.

– Всего четыре? – удивляется она.

Я говорю:

– Я не понимаю, что значит эта цифра.

– Присаживайтесь, – показывает она на стул.

Я сажусь.

– Эта цифра означает, что вы за всю жизнь прочитали всего четыре книги…

– Неправда, – перебиваю я, хотя, причём тут книги на том свете? – Я прочёл больше.

Красивая поднимает руку.

– Уточнение: всего четыре художественные книги.

– И что? – возмущаюсь я. – Какая разница, сколько книг я прочитал?

Девушка вздыхает.

– Давайте проверим, как вы себя вели.

Она хлопает в ладоши.

Справа от меня появляется металлическая чаша от весов с эмблемой солнца, слева от меня возникает точно такая же чаша, но с эмблемой луны. Они висят в воздухе. Потом чаша солнца резко падает вниз, а чаша луны, наоборот, поднимается вверх.

– Понятно, – девушка снова хлопает в ладоши.

Чаши исчезают.

– И что это значит? – ничего не понимаю я.

– Вы вели себя плохо.

Я не удивляюсь, потому что знаю, что ничего доброго в жизни не сделал.

– Допустим, – говорю, – но причём тут прочитанные книги?

– Прочитанные художественные книги, позволяют душе выбрать следующую жизнь или судьбу, которую она может прожить в качестве персонажа той или иной книги.

– Серьёзно? – удивляюсь.

– Да. У вас выбор не такой большой, как у других. Посмотрим, какие книги вы прочли, будучи живым.

Она снова хлопает.

Прямо в воздухе, между нами, словно голограмма, возникают четыре книги: «Волшебник Изумрудного города», «Бесконечная история», «Старик Хоттабыч» и «Алиса Селезнева и все-все-все».

– Хотя бы книги хорошие, – одобрительно кивает она.

– Я могу выбрать, кем мне быть в этих книгах?

– Степень вашего греха не позволяет вам выбирать. Более того, степень вашего греха не позволяет вам воплотиться человеком.

– ЧТО?

– Спокойно, – поднимает она руки и хлопает.

Три книги исчезают. В воздухе остаётся висеть книга «Волшебник Изумрудного города». Девушка дотрагивается до книги, та раскрывается на странице с картинкой маленького чёрного пёсика.

– Собакой? – возмущаюсь я.

– Тотошкой.

– Вы издеваетесь?

– Нет.

– Но как я перевоплощусь, если буду безмозглым животным?

– С чего вы взяли, что животные безмозглые?

– Так они же даже говорить не могут!

– Зато могут думать. Душам, рождённым в теле животных, везёт больше, чем душам, рождённым в теле человека, так как животные помнят свою прошлую жизнь.

– Погодите, на земле, животные тоже могли думать?

– На земле?

– Ну в моём мире.

– Ваш мир тоже книга.

– Да? – удивляюсь я. – А что это за скучная книга, если главный персонаж в ней тот, кем я был?

– С чего вы взяли, что вы были главным персонажем книги?

– А-а-а, понятно, – разочаровываюсь я.