-  Не… не надо, волчик, фу, не надо… - зашептал Лешек, прячась за мою спину.

    -  Прекрасно! Чудесно! - заговорил вдруг волк на чистейшем русском языке. - Молодец на обед, а… другой молодец - на ужин. Раз уж коней вы где-то спрятали!

    -  М-мы к-коней не не п-рятали… у -у нас их нет! - заверил я серого хищника, раз уж представилась возможность вести диалог.

    -  Так я и поверил! Хотя это совершенно не меняет дело - вас-то я все равно съем!

    Ну и дурак же я! Надо было ему наврать, что кони спрятаны в лесу, километрах в пяти отсюда. Пусть идет искать, а мы сами, тем временем, успеем дать деру. Впрочем, он мог не поддаться на провокацию и все равно начать трапезу с нас. Лучше ведь, как говорится, гусь в руках, чем слон на горизонте.

    -  Вы наверно голодны, - как можно участливее произнес я, решив несколько по-иному повлиять на тоскливую ситуацию. - Может не надо нас есть, пообедаем вместе, чем Бог послал?

    Я поспешно скинул рюкзак, непослушными пальцами с трудом развязал узел и первое, что я нащупал, оказался батон копченой колбасы из нашей походной раскладки. Колбаса мгновенно исчезла в волчьей пасти, проглотил он ее, кажется, не жуя.

    -  Вкусно! А еще есть?

    -  Паштет есть, - ответил я.

    -  Давай!

    Я открыл банку паштета и вывалил в миску. Волчара слизнул его в один миг. Потом он съел две банки говяжьей тушенки и, кажется, немного насытился. Таким образом я облегчил свою поклажу и нашу участь, отсрочив момент съедения нас самих.

    -  Так у вас и вправду нет коней? - спросил волк уже немного дружелюбнее.

    Мы с Лешеком покрутили головами.

    -  Жаль. А тогда какого рожна вы сюда поперлись?

    -  Мы ищем дорогу в Алмазную долину.

    -  Зря вы сюда пошли. Там, впереди, тупик. То есть дремучий лес до самого Синя моря. Это дорога для дураков. Почему-то на перекрестке все всадники выбирают именно эту дорогу. Ну не жаль им своих коней, вот и едут под знак. Вы знак-то видели?

    -  Ага!

    Действительно, сразу за перекрестком висел дорожный знак, круглый, с красным ободком и нарисованным всадником, перечеркнутым костью.

    -  А моя задача - отбирать коней и отправлять их в штрафной табун. Если владелец не предъявит права на своего скакуна в течение недели, лошадь переходит в собственность государства. Пока еще прав никто не предъявлял.

    -  Почему?

    -  Потому, что всадников я съедаю!!!

    Похоже, мы с Лешеком были близки к состоянию обморока. По крайней мере, я очнулся от того, что кто-то хлопал меня по щекам. Это был седеющий крупный мужчина, лет тридцати пяти, одетый в форму французских кирасир времен Наполеона.

    -  До чего же нервный народ пошел! - возмущался мужик. - Да пошутил я. Не питаюсь я человечиной, я вообще почти вегетарианец! Поняли, нет?

    Вдвоем с кирасиром мы привели в чувство Лешека. У меня в походной аптечке был нашатырь, а мужик старательно лупил его по щекам своими волосатыми ручищами.

    -  Разрешите представиться, - сказал мужик, когда мы с Лешеком обрели способность обмениваться информацией. - Оборотнев Вольфганг Вульфович, старший инспектор. Для друзей - просто Вольф.

    Он протянул нам по очереди волосатую ручищу.

    -  Итак, что же занесло двух благородных донов в мою глухомань?

    -  Мы ищем дорогу в Алмазную долину.