Понятно, ему нужна пробирка. Я пересыпал таблетки в пустой спичечный коробок и отдал освободившийся пузырек Лешеку. Лешек вытащил из рюкзака краешек ковра-самолета, срезал ножом немного ворса, сунул в пробирку и закрыл крышечку.

    -  И что получилось? - съехидничал Лева. - Талисман воздухоплавателя?

    -  Ета… Индикатор.

    -  Индикатор чего?

    -  Полета. Как ворсинки поднимутся вверх, значит АГЗУшки действуют, можно лететь.

    -  Мокрый ковер не полетит, - сказал Вольф. - Надо бы его вечером высушить. Как ты говоришь, Вань, у пионерского костра. Кстати, почему он пионерский?

    -  Долго рассказывать. Короче, пионеры, ну в смысле первопроходцы, всегда грелись у огромных таких костров.

    Вечером мы натянули между деревьев веревку, развесили на ней ковер и развели костер.

    -  Смотрите! - сказал Лешек.

    В пробирке ворсинки ковра сгрудились вверху у пробки, словно прилипли к ней. Лешек перевернул пробирку кверху дном, и все ворсинки, словно намагниченные, перекочевали к донышку.

    -  Завтра можно лететь.

    * * *

    Хмурое утро, хоть и без дождя, все равно оказывало действие гнетущее и невеселое. Над лесом висел туман, прелый воздух отдавал плесенью, даже птицы чирикали как-то тоскливо и раздраженно. Разве что комарам было наплевать на погоду, они нападали на нас бодро и самозабвенно.

    -  Туман, - безрадостно произнес я, - погода нелетная…

    -  Почему? - возразил Вольф. - Если невысоко и на небольшой скорости, да по приборам… Главное, чтобы дождя не было.

    -  А как вообще управлять этой штуковиной?

    -  А ты что, ни разу не пробовал?

    -  Нет.

    -  Ах, ну да. На самом деле очень легко. Если хочешь, научу за шесть секунд. Садись!

    Вольф расстелил на поляне ковер, мы надули подушки, подогнали под себя лямки.

    -  Тянешь на себя вожжи - летишь вверх, упираешься сильнее левой коленкой и тянешь левую вожжу - вираж влево, соответственно правая коленка и правая вожжа - вираж вправо. Ослабляешь обе вожжи - опускаешься. Скорость устанавливается поворотом стержня. Ясно?

    -  Вроде бы да.

    -  Действуй!

    Я повернул немного стержень по часовой стрелке. Ковер стал жестким и слегка задрожал. Теперь вожжи на себя. Мы поднялись над землей и помчались навстречу кронам деревьев. Чтобы не врезаться в них, я резче потянул на себя вожжи, и ковер взмыл почти вертикально.

    -  Но, но, не так резко, - Вольф чуть не свалился с ковра.

    -  Понял. Больше не буду.

    Сначала управлять ковром было страшновато. Да еще туман. Я старался не подниматься высоко, иначе земля совсем скрывалась в молочной дымке, все вокруг становилось белесо, а поскольку внимание свое я полностью сосредотачивал на управлении, то наблюдать за показаниями приборов не успевал. Но, сделав три-четыре круга над нашей поляной, я уже мог следить за высотомером и горизонтом, понемногу освоился с управлением и даже заложил пару довольно крутых виражей. После шестого круга мы пошли на посадку. Ковер-самолет, это не самолет, в смысле не аэроплан, он может снижаться на малой скорости, а может и вообще остановиться и зависнуть над землей. Но это и не вертолет, опускается и взлетает он не строго вертикально, а по глиссаде, то есть по наклонной кривой. Поэтому, чтобы опуститься на нашу небольшую полянку и не повторять ошибки, допущенной при взлете, пришлось снижаться кругами, в смысле по спирали.