Уродец обращался ко мне. Переведя взгляд на девушку, я невольно сжал кулаки. Приподняв веки, она с трудом покачала головой.

– Нет! – твердо произнес я. Она не сдалась, и я не сдамся. Сказать все сейчас – лишь посмеяться над решимостью напарницы.

– Регрер!!! – скомандовал шаман. Двое Омег подхватили меня и усадили на здоровенный стул ровно напротив подвешенной девушки.

Стянули сзади руки жгучей веревкой и…

– Оу… – протянул я, когда один из волчар полоснул мне живот мелким антрацитовым ножом. Как и вчера, от ударов плетью одежда совсем не пострадала! Разрезали плоть, но не кофту. Та лишь быстро намокла, впитав кровь. Чертовы технологии…

– А ты, с-с-сучка? – обратился к Лесе шаман и, схватив меня за подбородок, медленно вспорол щеку острым когтем. Я дергался от боли, но молчал, сжимая зубы.

– Нет… – выдохнула Леся.

– Эр-эр-эр!!! – веселился люмпус-шаман, вновь подходя к девушке. – Н-н-ну а т-т-ты? – опять обратился ко мне уродец, оставив на щеке несчастной три глубоких пореза.

Я бросился вперед, пытаясь разорвать путы. Перед глазами начали появляться буквы, как раз в тот миг, когда я окончательно понял, что превращение невозможно. С огромным трудом подавил порыв, чтоб не потерять сознание и не выдать себя.

Мой мозг частично вычеркнул из памяти минуты, проведенные в пыточной. Оставил лишь обрывки. Вот Леся теряет сознание от боли… Вот ей методично пускают кровь… вот шаман твердит, что «эт-т-то только н-н-начал-ло!». А вот мне втыкают в колено длинное шило, снова полосуют живот…

И я тоже теряю сознание…

* * *

– Твари… Неслабо они их!

– Совсем с катушек съехали!

– Чего так взъелись на ребят-то?!

– Потому что Александр говорил о специальных отрядах.

– И что? Волчары-то откуда об этом узнали?

– А вот это хороший вопрос. Видимо, кто-то сказал им.

Сквозь туман и пустоту я уже начал понемногу различать голоса.

– Эй, Артурчик, ты что ж такое говоришь-то? Хочешь сказать, среди нас крыса? – это определенно Валентин. Не удивлен, что именно он всполошился.

– К сожалению, выходит, что так, – сдержанно ответил глава сопротивленцев.

Спустя несколько секунд звенящей тишины заключенные зароптали, споря о том, возможно ли это.

– Но зачем? – громче других прозвучал женский голос. По-моему, это Нина – одна из тех, кто попал сюда вместе с Артуром. – Мы же все смертники?

– Элементарно, милочка, – задумчиво протянул Владимир Максимович. – Видать, кому-то предложили жизнь…

До того медленно накатывающая боль вошла в полную силу, огненной волной накрыв тело. Я застонал, и гомон резко прекратился.

– Саш, Саш! – услышал голос Иры. Девушка аккуратно коснулась моего плеча. – Все хорошо… потерпи… – проговорила успокаивающе. – Вечером принесут еды, станет легче.

Я с трудом разлепил веки и огляделся. Сокамерники изумленно пялились на меня и куда-то за меня. Кряхтя от боли, обернулся посмотреть, что такого интересного находится за моей спиной.

– Оу-у… – протянул я, увидев бесчувственное тело Леси, и тут же подполз к напарнице.

– Ее принесли вместе с тобой, – тихо пояснил Артур. – У тебя раны серьезнее, но у нее их больше. И, похоже, тяжелее справляется.

– Да… – не сводя глаз с трех покрывшихся толстой коркой порезов на щеках девушки, отозвался я.