Нас уже встречали – часовой на смотровой вышке, завидев космолет, приветливо размахивал трехцветным флагом, пока его напарник резво спускался по лестнице и бежал в сторону одного из зданий – серой коробки с массивным крыльцом и двуглавым орлом, раскинувшим крылья точно над входом.

– Удивительное дело, – задумчиво проговорил дворецкий, – страны нет, а символика осталась…

– Вы думаете, ее уже нет? – прищурившись, я взглянул на Григория.

– Ой, извините, Александр Петрович, – встрепенулся он, виновато поклонившись. – Я не хотел…

– Да нет, что вы, – усмехнулся я. – Честно говоря, я думал о том же. Связи с Европейским Центром нет. Армии, способной сражаться с врагами, нет. Собственно, и прежних государств, уверен, не осталось. Но людям нужно за что-то держаться. А трехцветный флаг для моих сограждан – не просто тряпка.

– Вы зрите в корень, Александр Петрович. И не унываете. Должен отметить, опираясь на легенды, я немного иначе представлял себе Первородного Альфу, но… – он широко улыбнулся, – глядя на вас понял, что мои представления постепенно меняются. А еще хотел бы добавить, что Земля – далеко не первая планета, на которой существовала раздробленная цивилизация. Хватает примеров, где после катаклизма подобные цивилизации сливаются в единую и становятся реальной силой.

– Но еще больше примеров, – пробухтел, подняв морду, Мьёрг, – когда такие цивилизации попусту рассыпаются в пыль.

Я ничего не ответил, ведь наш космолет уже заходил на посадку.

Боковая дверь опускалась, ее внутренняя обшивка медленно изменялась, пока не превратилась в ровные ступени, а сама дверь не стала трапом.

Первыми, по настоянию командира, из нашего летающего «банана» выскочили Гьёрг и Льёрги, грозными мордами напугав встречающих нас солдат. К счастью, я предполагал такую реакцию и без промедления выскочил следом, улыбаясь до ушей и энергично махая рукой, словно голливудская звезда.

– Рад видеть тебя, сынок, – неожиданно тепло заявил генерал и по-отечески обнял меня, стоило ступить на покрытый снегом асфальт.

– Взаимно, – равнодушно отозвался я. – Все готово? – я пожал руки знакомым Защитникам: Алексею – крепкому парню с капитанскими погонами – и спортсмену-хипстеру Олегу. Чуть поодаль стоял Антон. Ему я молча кивнул, он сдержанно кивнул в ответ.

– Можем выдвигаться хоть сейчас, – ответил Белов, разгладив седые усы.

Я окинул взглядом площадку. Тут собралось человек триста, половина из которых – люди в военной форме. Народ рассматривал нас, как всегда, с любопытством. Некоторые с опаской. Пятерка бьёргусов еще ни разу не оставила кого-нибудь равнодушным.

Наталья говорила, что на сегодняшний день в лагере всего девятьсот сорок три человека, из них лишь пятеро чипированных. Под чутким руководством генерала все это время люди запасались и продуктами, и топливом, и транспортом. Так что все будут на колесах, двинемся одной большущей колонной.

Но, черт подери, нам ехать порядка восьмисот километров! Дороги, естественно, не чищены. Пусть местами и есть накатанные колеи, но в расчетах нужно быть реалистом. Вряд ли средняя скорость колонны перевалит за шестьдесят километров. Ну может быть, семьдесят, я не специалист… В любом случае ехать уж точно не меньше двенадцати часов.

– Сейчас нельзя! – за меня пробасил Мьёрг, с вызовом повернув хмурую морду в мою сторону.

Взглянув сперва на главу бьёргусов, затем на генерала, я решительно кивнул:

– Поедем завтра на рассвете.